Счастье, которое остается. Куда нас ведут семейные расстановки

Все дело в том, что нарушение изначальной иерархии тяжело наказывается скрытой совестью. Каждый ребенок, который пытается взять на себя что-то за своих родителей или других членов семьи, которые пришли в систему до него, терпит крах. Ни одна попытка взять на себя что-то за своих родителей не имела успеха. Она всегда обречена на неудачу для всех людей. Это нужно знать. Поэтому детям помогают освободиться от подобного вмешательства в дела взрослых. Но для этого в первую очередь смотрят на родителей, чтобы они сначала решили свою проблему, вместо того чтобы смотреть на детей. Если родители разрешили проблему для себя, тогда и дети свободны. Они опять умиротворены и чувствуют, что с ними все в порядке.

Итак, есть два основных закона, которые нужно держать в поле зрения и понимать их, если хочешь помочь трудным детям.

Все дети хорошие и их родители тоже

Когда я говорю: «Все дети хорошие — и их родители тоже», некоторые люди, возможно, несогласно покачают головой. Как это возможно?

Это высказывание заходит слишком далеко. Оно в одно и то же время утверждает, что и мы хорошие, и что, будучи детьми, мы тоже были хорошими и остаемся хорошими до сих пор. Они говорят, что наши родители тоже хорошие, потому что и они были детьми, что они, будучи детьми, были хорошими, и, став родителями, также остаются хорошими.

Я хочу объяснить кое-что, стоящее за этой фразой, и для этого я отойду от стоящих на переднем плане суждений типа: «Но ребенок сделал то и то, и родители сделали то и то». Да, они сделали это. Но почему? Из любви.

Вывод здесь такой: каждый человек хорош, такой, какой он есть. Он хорош как раз потому, что он именно такой, какой он есть. И поэтому мы не должны беспокоиться в отношении нас самих, наших детей и наших родителей, хорошие они или нет. Но иногда наше поле зрения затемнено, и мы не видим, что мы хорошие, что дети хорошие, и что их родители хорошие. Далее я объясню вам это в перспективе.

Духовное поле

Благодаря семейным расстановкам стало ясно, что мы включены в более крупную систему, в родовую систему К этой системе принадлежат не только наши родители, братья и сестры, но и бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки и более давние предки. К этой системе принадлежат также и другие люди, которые были тем или иным образом важны для системы, как, например, прежние партнеры наших родителей или бабушек и дедушек. В этой системе всеми управляет одна общая сила. Эта сила следует определенным законам.

Родовая система — это духовное поле. Внутри этого духовного поля — и при помощи семейных расстановок это можно увидеть- все находятся в резонансе со всеми. В этом поле иногда бывает беспорядок. Беспорядок в духовном поле возникает тогда, когда исключают, или отвергают, или забывают кого-то, кто также принадлежит к этому полю. Эти исключенные или забытые люди находятся в резонансе с нами и оказывают влияние на нас в настоящем. Это происходит потому, что в этом поле действует основной закон: все люди, принадлежащие к системе, имеют равное право на принадлежность. Никто не может быть исключен.

В этом поле никто не пропадает и не исчезает, он продолжает воздействовать. Если кого-то в роду исключили, не важно по какой причине, то под влиянием этого поля, благодаря действующему резонансу, другой (более младший) член семьи будет вынужден замещать исключенного. Поле как бы назначает его на эту роль. Тогда этот член семьи, например, ребенок, ведет себя странно. Возможно, он станет зависимым, или агрессивным, или совершит преступление, или заболеет. Возможно, он даже станет убийцей или шизофреником. Но почему? Потому что этот человек смотрит с любовью на исключенного. И своим поведением он вынуждает нас тоже посмотреть с любовью на этого отвергнутого или исключенного. Это «плохое» поведение является проявлением любви к кому-то, кого в роду исключили.

Вместо того чтобы смотреть на такого ребенка с озабоченностью и пытаться его изменить (что в любом случае обречено на неудачу, потому что здесь работают более мощные силы) мы вместе с этим ребенком смотрим на духовное поле, к которому мы принадлежим, до тех пор пока под руководством этого ребенка мы не сможем посмотреть туда, где исключенный человек ждет, что мы вновь на него посмотрим и примем его обратно в нашу душу, в наше сердце, в нашу семью, в нашу группу, а может быть, и в наш народ.

Итак, все дети хорошие, если мы позволяем им быть хорошими. Если мы вместо того чтобы смотреть только на детей, смотрим туда, куда они смотрят с любовью.