Счастливые люди читают книжки и пьют кофе

Он придержал дверь, я вошла, задев его, и он последовал за мной до моего номера. Обернувшись, я удивилась тому, как он близко. Поднятой рукой он оперся о стену, опустив голову.

— Спасибо за эти три дня.

— Здорово, что ты была со мной.

Наши глаза встретились и не отрывались друг от друга. У меня забилось сердце. Он подошел ко мне и приник губами к моему виску. Я вцепилась пальцами в его рубашку. Он немного отодвинулся и наклонился. Его лоб прильнул к моему. Я не могла справиться с дыханием, а внутри живота скрутился тугой узел. Его губы коснулись моих в первый раз. Потом во второй. Он обнял меня, крепко поцеловал, и я ответила на его поцелуй. Когда наши губы разъединились, он прижался лбом к моему лбу и погладил мою щеку.

— Останови меня, пожалуйста, — прошептал он.

Я опустила глаза и увидела, что мои пальцы так и не выпустили его сорочку. Я вся пылала, но мне необходимо было разобраться со своими чувствами. Я нехотя разжала пальцы и как можно мягче отстранилась от него. Он слишком охотно позволил мне это сделать.

— Извини меня, — сказал он. — Я…

Я прижала палец к его губам, заставив замолчать.

— Мне кажется, сегодня вечером мы на этом остановимся.

Я поцеловала его в уголок губ. Потом открыла дверь и вошла к себе. Обернулась к нему, он не отрывал от меня взгляда.

— Приятных снов, — тихонько пожелала я.

Он провел рукой по лицу, улыбнулся мне и сделал два шага назад. Я бесшумно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Только в этот момент я почувствовала, что у меня подгибаются колени. Я вслушивалась в шумы в доме. Услышала, что Эдвард снова спускается вниз. Улыбнулась: он пошел курить, я в этом была уверена.

По-прежнему испытывая волнение, я скользнула под одеяло. В полутьме я водила пальцами по губам. Мне понравилось ощущение его губ, прижимающихся к моим. Я могла бы пойти дальше, но не сделала этого. Возможно, все произошло слишком быстро.

Я удобно устроилась посреди кровати. Веки сделались тяжелыми, но я не отрывала взгляда от полоски света под дверью. Потом на лестнице заслышались шаги: они остановились у моей двери. Я села. Эдвард был здесь, готовый войти. Я спустила ноги на пол, лихорадочно размышляя, что делать. Я уже решилась открыть ему дверь, когда шаги стали удаляться. Я снова легла в полной тьме. Чувствуя, как наплывает сон, я подумала, что завтра увижу Эдварда. И уже ждала этого момента с нетерпением.

Я открыла глаза, и первые мои мысли были о нем. Посмотрела на часы. Наш кораблик отплывал через час. Я приняла душ, оделась, собрала вещи и задернула молнию сумки. В коридоре бросила взгляд на дверь его комнаты — она была открыта. Я заглянула, чтобы узнать, там ли он. Никого. И номер уже убран. Я спустилась на кухню. Там был только хозяин. Он мне улыбнулся и протянул чашку кофе. Потом начал ставить на стол один из своих восхитительных завтраков.

— Нет, спасибо, — остановила я его. — Мне что-то не очень хочется есть сегодня утром.

— Как скажете. Но перед выходом в море желательно что-нибудь забросить в желудок.

— Обойдусь кофе.

Я не стала садиться и отпила несколько глотков.

— Видели Эдварда? — спросила я.

— Похоже, он не с той ноги встал. Еще менее разговорчивый, чем обычно. Можете себе представить?

— С трудом.

— Он ходил в порт, а потом вернулся, чтобы заплатить за ваши комнаты.

— А сейчас он где?

— Ждет вас на улице и ведет себя словно лев в клетке.

— А-а-а…

Я сглотнула и допила свой кофе под насмешливым взглядом хозяина.

— Что-то вы побледнели. Из-за предстоящего плавания или из-за Эдварда?

— А что страшнее?

Он расхохотался.

Я помахала ему на прощание рукой и направилась к двери.

Эдвард моего появления не заметил. С каменным лицом он с остервенением затягивался сигаретой. Я тихонько окликнула его. Он обернулся, впился в меня взглядом и подошел. Выражение его лица понять было нельзя. Не говоря ни слова, он подхватил мою сумку. Я взяла его за руку и придержала:

— С тобой все в порядке?

— А с тобой? — резко спросил он.

— Да, по крайней мере, я так думаю.

— Пошли.

Он изобразил улыбку, взял меня за руку и повлек к порту. Чем дольше мы шли, тем ближе я подходила к нему. В конце концов наши пальцы переплелись.

Когда мы очутились у корабля, нам пришлось разъединить руки, чтобы он мог положить наши сумки. Вслед за ним я поднялась на палубу. Ветер был такой сильный, что казалось, вот-вот свалит нас с ног. Он зажег сигарету и протянул мне. Я взяла ее, наблюдая за тем, как он закуривает свою. Он облокотился о перила. Мы молча курили.

Судно отчалило. Мы не шевельнулись.

— Будет та еще качка, — сказал Эдвард, выпрямившись.

— Ты останешься тут?

— Пока да. Иди вниз, если хочешь.

Я приняла более устойчивое положение и вцепилась в бортовое ограждение. Уже изрядно качало, от ветра болели уши, но я ни за что не хотела уходить. И вдруг я почувствовала, что защищена от ветра. Эдвард стал за моей спиной, обхватил меня руками, положил свои ладони на мои.

— Скажешь, когда тебе станет плохо, — шепнул он мне на ухо.

В его голосе звучал смех, я легонько толкнула его локтем в бок.