Счастливый мозг. Как работает мозг и откуда берется счастье

Команда доктора Уолла предположила, что кисспептин обеспечивает связь эмоциональных и сексуальных реакций мозга с остальными сексуальными системами организма. Это показало бы глубинную связь между любовью и сексом. Затем ученые впервые исследовали активность участков мозга человека в момент возбуждения при просмотре негативных, нейтральных, сексуальных или романтических изображений. Доктор Уолл сказал мне, что, хотя при просмотре сексуальных образов активность этих участков мозга была выше, чем при просмотре образов нейтральных или негативных, «но лучшие результаты показывали образы романтические и любовные».

Хотя исследования этого гормона еще только начинаются, уже установлено, что он активизирует обработку сексуальных и романтических стимулов. А это, в свою очередь, говорит о фундаментальной связи между ними.

Конечно, в этом контексте следует учитывать и другие химические вещества. Многие опыты доказывают важную роль гормонов-нейротрансмиттеров окситоцина и вазопрессина в формировании долгосрочных серьезных отношений. Химически сходные вещества вырабатываются в гипоталамусе и выделяются гипофизом. У немоногамных животных уровень этих веществ в мозге сходен с уровнем, который отмечается у их более преданных своим партнерам собратьев. Но моногамные виды реагируют на них совершенно по-другому. У степных полевок[39] блокирование окситоцина в мозге ведет к изменению обычного поведения – то есть отказу от прочных уз самок и самцов. У моногамных животных обычно отмечается более высокая плотность рецепторов окситоцина в прилежащем ядре. Учитывая, что окситоцин вырабатывается в ответ на сенсорные сигналы, связанные с партнером, можно сказать, что присутствие партнера вызывает ощущение наслаждения и награды{243}.

Если у людей все так же, то это объясняет, почему в состоянии влюбленности мы счастливы и довольны жизнью. Мы по-настоящему «кайфуем» (помните, что прилежащее ядро постоянно активно у наркоманов{244}). Один лишь вид любимого человека приносит наслаждение. Неудивительно, что мы так стремимся продлить общение!

Перейдем к вазопрессину. Считается, что этот гормон служит ключевым фактором долгосрочных отношений, особенно у самцов. У самцов степных полевок и других моногамных видов отмечается увеличение количества рецепторов вазопрессина в стриопаллидарной системе мозга. Это сложная сеть участков, включающая в себя миндалину, бледный шар (отвечает за координацию движений) и полосатое тело (включает в себя и прилежащее ядро){245}. Множество вазопрессинэргических нейронов идет от полосатого тела и миндалины к переднему мозгу и фронтальным долям{246}{247}, что обычно говорит о «прямой» роли вазопрессина во влиянии на поведение.

Воздействие вазопрессина заставляет самцов привязываться к своим партнершам, что в природе бывает очень редко. Доказывает это и еще один интересный факт: гены рецепторов вазопрессина кажутся «нестабильными»{248}, то есть количество этих рецепторов в стриопаллидарной системе у разных самцов различно. Чем меньше рецепторов вазопрессина в этой системе, тем слабее тенденция к формированию парных уз. То есть чем вы менее чувствительны к вазопрессину, тем менее склонны к сохранению и даже созданию долгосрочных отношений. Эти данные получены в результате изучения степных полевок, но есть немало доказательств, что подобный вывод справедлив и в отношении людей{249}. Значит, некоторые мужчины от природы не склонны к длительным отношениям. Может быть, избитое клише о «страхе перед обязательствами» имеет под собой генетическую основу?

Любовь в глазах смотрящего

То, что страсть и любовь связаны, – не новость. Многие описывают влюбленность как последовательность страсти-влечения-привязанности (термины могут использоваться разные){250}. Сначала нас возбуждает человек, которого мы находим сексуально привлекательным. Затем формируется влечение. Это уже не общая реакция возбуждения, возникающая при виде любого сексуально привлекательного индивида. Теперь мы хотим быть с конкретным человеком, забывая обо всех остальных потенциальных партнерах. Мы постоянно думаем о нем, наш разум не может отвлечься ни на минуту. И наконец, когда складываются стабильные отношения, возникает привязанность. Первоначальная головокружительная интенсивность чувств ослабевает, ее сменяет чувство комфорта, удовлетворенности, безопасности и понимания своего долгосрочного партнера. Такое счастье более сродни удовлетворению и расслабленности.