Седая оловянная печаль. Зловещие латунные тени. Ночи кровавого железа

У него была необыкновенная походка. Он был кривоногий. Артрит или что-то в этом роде. Он будто катился по дороге: поднимал целиком одну сторону тела и толкал ее вперед, а потом другую. Наверное, у него были сильные боли. Тюрьма не лечит артрит.

Брешущий Пес не торопился. Он шел не спеша, смакуя свою свободу. Если бы я столько времени просидел взаперти, я бы тоже болтался под дождем и получал от этого удовольствие.

Но в эту минуту я не был настроен сочувствовать кому бы то ни было. Я шипел, бурчал и ворчал. Такая непродуманность! Выдающегося сыщика держат под дождем.

Хотя Брешущий Пес тут ни при чем. Я стал составлять план мести Покойнику.

Это всегда интересное упражнение для ума. Как навредить существу, которое уже убили? Возможностей раз-два и обчелся.

Даже мы, мастера своего дела, порой бываем небрежны. Если не чувствуешь угрозы, легко потерять бдительность. Я не чувствовал угрозы. Брешущий Пес не походил на уличных громил, с которыми я привык сталкиваться, они обычно ростом с дом, но туго соображают, и их просто уложить на обе лопатки. Брешущий Пес, пропади он пропадом, похож на маленького старичка. Маленькие старички не прибегают к насилию. А если и прибегают, то нанимают для этого огромных глупых громил.

Я с важным видом повернул за угол и — у-у-уф! — как кур во щи! К счастью, Брешущий Пес похож на маленького старичка, а маленькие старички не прибегают к насилию.

Я шарахнулся в сторону, пытаясь избежать столкновения. Каким-то чудом мне это удалось. В конце концов, Брешущий Пес, пропади он пропадом, похож на маленького старичка. Я закашлялся и чуть не задохнулся. Тем временем Брешущий Пес смекнул, что к чему, и решил, что, поскольку кулаки у него никудышные, лучше всего как можно активнее поработать пятками.

Довольно мудрое решение, учитывая мое внезапное недомогание.

Я припустил за ним. Мне еще повезло: я тренировался и был в такой хорошей форме, что быстро пришел в себя. Скоро расстояние между нами перестало увеличиваться, а потом я стал его нагонять. Брешущий Пес оглянулся лишь раз. Он экономил энергию, надеясь скрыться.

Что касается меня, я стал осторожнее на поворотах.

Мне не потребовалось много времени, чтобы догнать его, схватить за плечо, сдержать его слабые удары и силой усадить на ступеньки какого-то дома.

— Какого черта ты это устроил? — рявкнул я.

Он посмотрел на меня как на придурка. Может, так и есть. Пока я не выказал большого ума. Он не отвечал.

Сбегать он как будто не собирался, и я присел возле него, хотя и не совсем рядом, чтобы он не мог ударить меня снова.

— Мне больно, парень. За что? — (Опять этот взгляд.) — За кого ты меня принимаешь, головорез?

Да-а. Это побольнее пинка в живот. Я опытный сыщик, а не уличный бандит.

— За чокнутого старика, у которого не хватает ума спрятаться от дождя.

— Я живу в гармонии с природой. Неужели ты это сделаешь?

— Что сделаю?

— Будешь угрожать. Руки выкручивать.

Ха! Теперь моя очередь смотреть на него большими глазами.

— Этим тупым взглядом ты меня не проведешь. Кто-то послал тебя, чтобы ты помешал мне говорить правду.

Я с хитрым видом спросил:

— Какую правду?

Он с еще более хитрым видом ответил:

— Если тебе не сказали, значит они не хотят, чтобы ты знал. Не хотят втягивать тебя в это дело, а я уже в нем по уши.

Псих. И я сижу здесь и разговариваю с ним. Под дождем. И ветер в мою сторону. А этого психа перед выходом из тюрьмы даже не вымыли.

— Никаких угроз не будет. Мне все равно, что ты делаешь.

Он не понял:

— Зачем же ты меня преследуешь?

— Чтобы знать, куда ты идешь.

Надо ошарашить его новым приемом. Правдивые ответы на вопросы. Сразу ставят в тупик. Прием сработал. Брешущий Пес был озадачен:

— Зачем?

— Черт возьми, я сам не знаю. Один тип заплатил моему партнеру, и тот согласился на эту работу, не посоветовавшись со мной. Естественно, мой партнер сидит дома. А я тут мокну.

Он мне поверил, вероятно, потому, что я не выкручивал ему руки.

— Кому я нужен? — Казалось, он в недоумении. — Никто не принимает меня всерьез. Почти никто.

Я посмотрел, не собираем ли мы толпу. Брешущий Пес мог говорить только в одном диапазоне: очень громко. Он так долго орал, что разучился издавать другие звуки. Мне вдруг стало очень интересно, чем его кормили в тюрьме. Изо рта у него пахло, как у хищной птицы. Внешность у него тоже была малоприятная: растрепанные брови, усы, нос картошкой и безумные глаза. По крайней мере, он не пытался подсунуть мне листовки и не просил подписать прошение.

Доведем эксперимент до конца.

— Типа, который заплатил, зовут Рислинг Гулляр.

— Как? Не знаю никакого Рислинга Гулляра.

— Владелец танцулек в Веселом Уголке.

Он странно на меня посмотрел, будто я или вру, или спятил. Потом он нахмурился:

— Подстава! Ну конечно.

— Что?

— Подстава. Подставное лицо, он нанял тебя для кого-то другого.

Брешущий Пес заулыбался и закивал. Кто-то за ним охотится. Ему это нравилось. После стольких лет кто-то идет по его следу! Кто-то принимает его всерьез! Можно сказать, что его преследуют!

— Возможно.