Секретная предыстория 1937 года. Сталин против красных олигархов

Провалом «Треста» дело не закончилось. В июне Опперпут-Стауниц вновь появился в Москве вместе с известной агентессой белой эмиграции Марией Захарченко, причем они устроили пожар в одном из зданий ОГПУ на Малой Лубянке; вызывающий характер этого поджога вызван тем, что как раз перед этим, приказом ОГПУ № 70 / 25 от 11 апреля, была организована Центральная комиссия ОГПУ по борьбе с диверсиями, которая, получается, не смогла предотвратить диверсию в самом здании ОГПУ. Скрыть пожар в центре Москвы было невозможно, поэтому удар оказался чувствительнее, чем провал контригры с белой эмиграцией. На розыск дерзких агентов были брошены огромные силы. Попытавшись уйти через западную границу СССР, Опперпут-Стауниц и Захарченко попали в окружение сотрудников ОГПУ в районе Смоленска и, не желая сдаваться, покончили с собой.[320]

Трилиссер сполна использовал провал «Треста»: это, видимо, повлекло за собою приказ ОГПУ № 161 от 30 июля 1927 г., которым ИНО выводился из состава СОУ, т. е. из подчинения Ягоде. Рост влияния Трилиссера на протяжении 1927 г. продолжился 13 февраля 1928 г., когда решением ВЦИК он сменит Ягоду на посту Уполномоченного ОГПУ при Совнаркоме РСФСР, получив тем самым возможность вмешиваться во внутренние дела — прежде исключительную епархию Ягоды.

У ягодовцев возвышение Трилиссера наверняка вызывало чувство страха. Мозг этого человека работал как совершенная машина для подготовки диверсий, убийств, похищений. На пути к Мировой революции он хладнокровно и несуетливо, с беспощадной неумолимостью двигался вперед, словно какой-нибудь часовой механизм. Для примера упомянем историю со взрывом Софийского кафедрального собора в Болгарии, организованным совместно Коминтерном и Разведуправлением Красной Армии. В результате взрыва, происшедшего 17 апреля 1925 г., погибло более 150 прихожан. На организатора этого теракта, резидента Разведуправления в Вене Нестеровича (Ярославского), это произвело такое впечатление, что он оставил в советском полпредстве записку о невозможности такой работы дальше, сообщив при этом, что он остается за границей, будет работать на заводе и оставит всякую политическую деятельность. Хотя он обещал не иметь никакого сотрудничества с другими государствами, Коллегия ОГПУ заочно вынесла ему смертный приговор, и в августе 1925 г. его отравили в кафе. Трилиссер затребовал фотографию его трупа из морга и с методичною аккуратностью переслал ее Ягоде.[321] Справедливости ради следует заметить, что теракты осуществлялись советскими спецслужбами и до Трилиссера регулярно, а некоторые полпредства превратились в настоящие арсеналы: там хранились взрывчатые вещества; в Польше, к примеру, сотрудниками ОГПУ была создана террористическая организация Вечоркевича-Багинского, которая совершила целый ряд терактов, включая взрыв Варшавской цитадели 13 октября 1923 г., когда погибли десятки людей.[322] Однако мелочная педантичность Трилиссера в деле ликвидации Нестеровича должна была произвести на чекистов гораздо более гнетущее впечатление, чем гибель сотен людей за рубежом, на коих московским чекистам было наплевать.