Сексуальные преступления. Чикатило и другие

Подобные преступники себя идентифицируют, судя по рисункам, с подростком, мальчиком, а если это взрослый мужчина, то он занимает по отношению к женщине пассивно-страдательную позицию. Поскольку мужская фигура на рисунке наделяется возрастом существенно меньшим, чем возраст самого обследуемого, можно говорить об эмоциональной фиксации на этом возрастном (подростковом) периоде и соответственно наличии личностной незрелости. Косвенным подтверждением этому является то, что одежда женщин на рисунках часто бывает полностью или частично прозрачной, а это может свидетельствовать о. присутствии вуайеристических тенденций, т. е. о свойственной в юношеском возрасте фиксации на представлениях, связанных с обнаженным женским телом.

То, что женская фигура рисуется в большей степени материнской, существенно старшей по возрасту, а не как сексуальный объект, к тому же более крупной по размеру, можно расценить как наличие неосознанной фиксированной эмоциональной зависимости от матери. Причем женщине приписывается больше силы, она более активна, ведет и направляет мужчину, доминирует в социальной среде и, естественно, в семье. Более того, из рисунков следует, что такие личности испытывают страх перед женщиной, а в ее присутствии чувствуют себя постоянно неуверенными в себе, подчиняющимися. Следует также отметить мощное напряжение сексуальной потребности у таких насильников, их фиксацию на половых отношениях, под которыми понимается только половой акт.

Для понимания субъективных стимулов внезапного нападения на женщин нужно иметь в виду, что первоначально для любого мужчины, в соответствующем возрастном периоде, женщина выступает в материнской роли. И поэтому отношения с матерью для него являются ключевыми в аспекте его контактов с другими женщинами уже в зрелом возрасте. Особенности сложившихся отношений с матерью в детстве и подростковом периоде в дальнейшем являются основой, часто полностью определяющей общение с женщинами, их восприятие, оценку, свою позицию к ним и даже итоговый результат взаимоотношений. Причем сформированные таким образом установки могут являться детерминирующими и для выбора сексуального партнера, и для характера семейных отношений. Подобные установки помогают осуществить выбор будущего партнера по его психологическим признакам.

Другими словами, мы хотим отметить, что в отношениях с женщинами, и прежде всего в супружеских, очень часто мужчины стараются воспроизвести, естественно неосознанно, ту матрицу эмоциональных и ролевых функций, которые соответствовали бы характеру и специфике связи с матерью. Например, мужчины, которые имели в детстве доминирующую, властную мать и безвольного подчиненного отца, очень часто, но, конечно, не всегда, в супружеских отношениях бессознательно воссоздают свою раннесемейную ситуацию, образно говоря, занимая место своего отца и выбирая в качестве жены женщину, похожую по своим психологическим характеристикам и поведению на мать. Тем самым такие лица как бы воспроизводят структуру семейных отношений, которые у них ранее существовали с матерями. Жена же на психологическом уровне заменяет мать, и они продолжают, несмотря на вступление в брак, сохранять стремление к эмоциональной зависимости, не обретая самостоятельности и психологической обособленности.

На основании изложенного можно утверждать, что основным личностным дефектом этой категории преступников является сохранение эмоциональной зависимости не только от матери или жены, но и, в силу трансформации этого качества, от женщин вообще. Поскольку же они не обрели личностно-эмоциональную автономию, то в своих отношениях с женщинами постоянно воспроизводят фиксированные эмоциональные установки, направленные на воссоздание материнско-детской зависимости и соответствующего эмоционального слияния с женщиной, характерного для такого рода отношений. На этом и строится их адаптация. Подчеркнем, что личностная тенденция не является осознаваемой.

Поэтому в качестве мотива совершенного преступления у этой категории преступников выступает стремление к преодолению преимущественно психологического доминирования женщин вообще, а не конкретных лиц. Психологическая задача, которая решается в акте изнасилования — это попытка резко идентифицироваться с мужской половой ролью через насилие над женщиной. Это преступление имеет также смысл попытки обретения личностно-эмоциональной автономии, самостоятельной адаптации, осуществления своего «психологического рождения» за счет уничтожения указанной зависимости от женщин, которые по отношению к нему, с его позиции, осуществляют материнскую функцию. Изнасилование совершается ради доминирования с целью преодоления подчинения.