Семь чудес света. Библейская Русь. Календарь и Пасха. Рождество Христа и Никейский Собор. Пророчество Даниила. Подземная Москва XVI века – прообраз знаменитого «античного» Лабиринта.

Поэтому собрание сабель Оружейной палаты в рамках традиционной истории выглядит неестественным. Оно требует специальных объяснений. На основе традиционной истории логично предположить, что крестоносец напишет на щите девиз на латыни, мусульманин – суру из Корана, а русский воин воспользуется хотя бы родным языком. Вместо этого мы наблюдаем засилье так называемого «восточного» оружия на Руси с надписями религиозного содержания, выполненными почти исключительно на арабском языке. Как правило, это суры из Корана и обращения к Богу. Причём речь идет не о трофейном оружии. Сабли с арабскими надписями на Руси покупались, подносились в виде дани и изготавливались в Оружейной палате русскими мастерами [e1], № 3, с. 305. В работе П. П. Епифанова отмечается, что русские сабли с несколько искривленным клинком были «похожи» на турецкие. «Несмотря на известные различия конструкции – одни имели крестовины лопастями, другие – с шариками, у одних была «елмань» (расширение в нижней части клинка), а у других не было, – в целом сабли были однотипны» [e7], с. 294, [e12], с. 67. По-видимому, в XVII веке русский и турецкий (восточный) образцы просто не различались. С другой стороны, они противопоставлялись саблям западных образцов – польского, литовского, немецкого. Аналогичная ситуация возникает и с зерцальными доспехами, и со знаменитыми «шапками иерихонскими» – парадными шлемами русских царей. Половина «шапок иерихонских», являющихся важной частью торжественного воинского наряда русского царя, имеет религиозные арабские надписи. Поразительно, что другие языки, кроме арабского, при этом не используются. Есть даже пример парадоксального, с точки зрения традиционной истории, соседства казалось бы совершенно чуждых друг другу религиозных символов на «шапках иерихонских» русских царей. Так, например, на «шапке иерихонской» Михаила Фёдоровича Романова, работы мастера Оружейной палаты Никиты Давыдова 1621 года, в клеймах помещена арабская надпись: «Обрадуй правоверных обещанием помощи Божьей и скорой победы». Эта надпись соседствует с восьмиконечными православными крестами на самом шлеме и с образом архангела Михаила на стрелке шлема [e1], № 4411, с. 20.

Другой пример. На зерцалах царских доспехов первых Романовых, хранящихся в Московской Оружейной палате, кириллицей по-русски написаны только титулы Михаила Фёдоровича [e1], № 4570, и Алексея Михайловича [e1], № 4572. Религиозные же надписи на зерцалах выполнены на арабском языке [e1], № 4584, 4589, 4616, 4617.

В целом прослеживается следующая, поразительная с точки зрения внушенной нам версии русской истории, картина. Надписи обычно присутствуют на традиционном русском княжеском вооружении – сабле, зерцальном булатном доспехе и шапке иерихонской, – которое входило в «большой наряд» русских царей. При этом кириллические надписи составляют явное меньшинство и, как правило, обозначают принадлежность владельцу. Таковы, например, надпись на сабле Мстиславского № 5374(5921)-20, № 5074(5620), надпись на рогатине великого князя Бориса Алексеевича, на булаве Михаила Фёдоровича («Божьей милостью мы великий господарь царь, великий князь всея Руси Самодержец») и т. д. В то же время, на русском оружии много арабских надписей. Причем только арабские надписи, как правило, содержат религиозные формулы на русском оружии. Пожалуй, единственное исключение – это двуязычная «турецкая» сабля XVI века из собрания Московской Оружейной палаты, на которой религиозные надписи выполнены и по-арабски и по-русски. На пяте этой сабли написано по-арабски: «Во имя Бога благого и милосердного!», «О победитель! О заступник!». По обуху той же сабли идет надпись кириллицей также религиозного содержания: «Суди Господи, обидящьия мя. Побори борющьия мя. Прими оружие и щит и возстани в помощь» [e1], сабля № 5525 (6073) – 44.

Такое широкое применение арабского языка на старом русском оружии, причем преимущественно для религиозных формул, говорит о том, что арабский язык до XVII века мог быть одним из священных языков Русской Православной церкви. Сохранились и другие свидетельства использования арабского языка в Русской Православной церкви доромановской эпохи. Например, драгоценная митра – головной убор православного епископа, до сих пор хранящийся в музее Троице-Сергиевой лавры. Ее фотография приведена в альбоме Л. М. Спириной «Сокровища Сергиево-Посадского государственного историко-художественного музея-заповедника. Древнерусское прикладное искусство». – ГИПП «Нижполиграф», Н. Новгород (год издания не указан). На митре спереди, прямо над православным крестом, помещен драгоценный камень с арабской надписью, см. НХ4, гл. 13:2.