Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

Между тем Орджоникидзе после Баку опять посещает Киев и оттуда едет в Москву. Здесь он встретился с членом большевистского ЦК Р. В. Малиновским, который одновременно являлся агентом царской охранки. Уже с 4 апреля Орджоникидзе находился под полицейским наружным наблюдением, его передвижения по городу тщательно отслеживались. 7 апреля Серго встретился в Москве с прибывшим из Баку Сталиным[77]. Полиция установила слежку уже за двумя революционерами, но пока не арестовывала их. Арест в Москве не был произведен с целью безопасности ценного для охранки агента Малиновского. Как указывалось в донесении начальника московского охранного отделения полковника П. П. Заварзина от 9 апреля 1912 года: «Ввиду близости к „Серго“ и „Кобе“ имеющейся в отделении центральной секретной агентуре и невозможности вследствие сего арестовать наблюдаемых в г. Москве, отъезду их препятствий мною не ставилось, и оба они, в сопровождении филеров, выбыли сего числа в г. Санкт-Петербург с поездом № 8»[78].

Справка по особому регистрационному отделу департамента полиции о революционной деятельности человека по кличке Серго, личность которого полиция не установила

5 марта 1912

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 3. Д. 5. Л. 23]

В Санкт-Петербурге Серго поселился у большевички Веры (Ревекка Лазаревна Швейцер)[79] по адресу Коломенская улица, дом № 5, квартира № 50. В течение четырех дней полиция продолжала за ним следить, пытаясь установить его связи с другими революционерами. Однако не все передвижения Серго по городу удавалось отслеживать. Поэтому вскоре, 14 апреля 1912 года, состоялся арест Орджоникидзе на одной из улиц Санкт-Петербурга. Орджоникидзе предъявил при аресте паспорт на имя крестьянина Тифлисской губернии Асана Новруз-Оглы Гусейнова. Однако полиция знала, с кем имеет дело, и наличие данного паспорта не помогло революционеру. На следующий день Орджоникидзе, учитывая предъявленные ему факты, признал свою фамилию, но указал, что приехал в Санкт-Петербург для лечения (у него при аресте был изъят только что купленный им врачебный рецепт)

[80].

Г. К. Орджоникидзе в тюрьме «Кресты» после ареста. Тюремный снимок

Апрель 1912

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Д. 9]

<p>Тюрьмы и якутская ссылка</p>

Шесть месяцев Орджоникидзе находился в Доме предварительного следствия. 9 октября 1912 года состоялся суд. В обвинительном акте «преступные действия» Орджоникидзе были описаны так: «Григорий Орджоникидзе, как установлено рядом свидетельских показаний на дознании, ранее выступал неоднократно в качестве профессионального оратора на митингах и пропагандиста революционных идей. Он публично говорил речи, в которых указывал, что существующий порядок управления никуда не годится, что надо все устроить так, чтобы не платить податей, не давать правительству рекрутов, что надо уничтожить помещиков и администрацию, всю землю поделить поровну между всеми и что народ должен управлять без царя, который ни к чему не нужен и является первым врагом народа. Орджоникидзе, заканчивая свою речь, говорил, между прочим: „Долой Николая II“, также указывалось на побег Орджоникидзе из Сибири»[81].

Согласно решению суда, Орджоникидзе был направлен в кандалах в Шлиссельбургскую каторжную тюрьму и размещен в ее четвертом корпусе. Трехлетнее заключение проходило в тяжелых условиях. Этому способствовал и характер Орджоникидзе, который часто вступался за своих товарищей по заключению, попадая за это в карцер.

Дневниковые записи, составленные Г. К. Орджоникидзе в период его заключения в Шлиссельбургской тюрьме

3 мая — 13 декабря 1913

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 3. Д. 67. Л. 141, 175. Подлинник. Автограф]

В тюрьме он пробыл до 8 октября 1915 года. В этот день Григорий Константинович был отправлен на вечное поселение в Сибирь.

В конце октября он был доставлен в Красноярскую тюрьму, а 29 ноября в знаменитый Александровский централ[82]. Здесь Орджоникидзе пробыл более пяти месяцев. Именно отсюда 19 января 1916 года он напишет прошение иркутскому генерал-губернатору А. Н. Югану о замене назначенного ему вскоре спецпоселения в Якутской области на Иркутскую область. В обосновании своей просьбы он ссылался на состояние здоровья[83].

Дело Якутского областного жандармского управления на ссыльного поселенца Г. К. Орджоникидзе. Анкета арестованного

1912–1916

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 3. Д. 6.

Л. 1. Подлинник. Автограф]

Ходатайство Г. К. Орджоникидзе иркутскому генерал-губернатору А. Н. Югану о предоставлении на время лечения права въезда в Иркутск

19 января 1916

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 3. Д. 6. Л. 16. Подлинник. Автограф]

Ответная телеграмма иркутского генерал-губернатора А. Н. Югана на ходатайство Г. К. Орджоникидзе с отклонением поданного им прошения

Январь 1916

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 3. Д. 6. Л. 15]

Прошение не было принято во внимание, в оставлении в Иркутской области Орджоникидзе было отказано.

В мае 1916 года Орджоникидзе отправили в Якутск, куда партия заключенных прибыла только 14 июня[84].

Дело Якутского областного жандармского управления на ссыльного поселенца Г. К. Орджоникидзе. Анкета арестованного

29 октября 1915