Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

Одновременно с ингушскими отрядами из Грозного на помощь подошел рабочий батальон под командой М. К. Левандовского. Орджоникидзе лично сагитировал отряд в 300 бойцов принять участие в штурме Владикавказа[168]. Совместным ударом ингушских и красногвардейских отрядов 18 августа терские казаки были выбиты из Владикавказа. Сам Орджоникидзе в это время находился со штабом в Назрани. Однако в дальнейшем он принимал личное участие в боях за Владикавказ, с карабином в руках сражаясь в первых рядах бойцов[169]. Серго в письме жене так описывал это событие: «Положение наше сразу стало довольно неважное. Во-первых, нападение все-таки оказалось неожиданным, и потому они сразу очутились в центре города; во-вторых, вся офицерская сволочь — в центре и на Осетинской слободке. С окон домов начали жарить по нас. Четыре дня мы оставались в городе. Ночью на четвертые сутки дело стало в высшей степени критическое — нас выбили из города, в наших руках остался только вокзал. После некоторых колебаний мы принуждены были прибегнуть к „варварскому“ средству — обстрелу центра города из пушек, что и было выполнено Автономовым. Было пущено за ночь 120 снарядов. На второй день (пятые сутки) не стало воды, и нам пришлось отойти. Город почти целиком остался в руках казаков, они заняли вокзал.

Защищались только две слободки — Курская и Молоканская.

На шестые сутки к нам подошло подкрепление, и вновь начали наступать. Ингуши все время помогали нам. Отбили у казаков бронированный автомобиль с двумя пулеметами и начали их лупить их же пулеметами. Борьба стала принимать жестокий характер. Не останавливались перед взрывом тех домов, из которых стреляли. Так продолжалось одиннадцать дней, после чего казаки и осетины принуждены были бежать»[170].

Благодаря усилиям Чрезвычайного комиссара юга России Г. К. Орджоникидзе, которому удалось привлечь на свою сторону ингушей, Владикавказ остался в руках большевиков[171]. Прервавший ранее свою деятельность съезд вскоре возобновил свою работу. Орджоникидзе и другие советские деятели были благодарны ингушскому народу за оказанную помощь. Позднее Орджоникидзе отмечал: «Я помню момент перед концом четвертого съезда, когда мы висели на волоске. Это был момент неуверенности, когда за нами не шли, а робко оглядывались, и в момент одиночества советской власти маленький ингушский народ весь стал на защиту советской власти, и, не зная наших дальнейших судеб, только ингушский народ пошел за нами не оглядываясь»[172]

. Съезд подтвердил обещание Серго об уничтожении казачьего клина в Ингушетии (провести в жизнь это решение полностью удалось только в 1920 году, после окончания Гражданской войны в регионе).

В этот же период Орджоникидзе оказал помощь дигорскому ревкому, который делегировал своего представителя Синдира Абиева во Владикавказ за денежной помощью и красноармейским снаряжением[173]. Осетины-дигорцы (в большинстве мусульмане по вероисповеданию) стали одной из опор советской власти в регионе. Впоследствии Абиев арестовал около 30 местных контрреволюционеров, которых он, за исключением одного расстрелянного (Смали Карабугаев), отправил во Владикавказ. Там они были освобождены, когда Орджоникидзе находился в отъезде. Орджоникидзе подверг критике подобные действия[174].

В конце сентября 1918 года, после стабилизации ситуации вокруг Владикавказа, Орджоникидзе вместе с М. К. Левандовским и Хусейном Султыговым проехал через горские и казачьи территории в осажденный терскими казаками еще 11 августа Грозный, который обороняли тогда рабочие отряды Николая Гикало. Здесь Серго не только был на передовой, но и участвовал в разработке плана военных операций. 12 ноября осада Грозного была снята.

Председатель Совета обороны Северного Кавказа Г. К. Орджоникидзе (сидит в центре в нижнем ряду) среди военных партийных руководителей в период обороны г. Грозного от белогвардейцев. 2-й слева в нижнем ряду — командующий Владикавказско-Грозненской группой войск М. К. Левандовский, 2-й справа — начальник гарнизона г. Грозного Н. Ф. Гикало

Август — ноябрь 1918

[РГАСПИ. Ф. 85. Оп. 32. Л. 15]

Пребывание Орджоникидзе в Грозном было относительно непродолжительным, уже в октябре он вернулся на ингушские территории в Назрань. Здесь Серго принял участие в открывшемся 12 октября съезде ингушского народа. Ситуация была непростой: на съезде были представлены среди прочих делегатов солдаты и офицеры ингушского полка «Дикой дивизии». Они предъявили ультиматум к представителям советской власти об уплате им жалованья за прошедший год и компенсации «за все понесенные убытки». Речь шла не только о попытках срыва выступлений большевиков, но и расправе над ними. «Когда тт. Орджоникидзе и Бутырин произносили речи, начиналась дикая музыка, пляска, стрельба в воздух. Но, несмотря на предубежденность подговоренных ингушей, Серго сумел им объяснить нелепость их требований, и в дальнейшем работа съезда продолжалась без всяких эксцессов»[175].