Северные моря в истории средневековой Европы. Эра викингов и эпоха Оттонов. 300–1100 годы

Такая ориентация франкской торговли объясняет, почему в 779 году Карл Великий говорил о пяти портах между Рейном и Сеной – Дорестад, Маастрихт, Квентовик, Амьен и Руан – как самых важных для его империи. Эти порты, соединенные с Италией и средиземноморским миром коммерции через упомянутые выше торговые пути, естественно, имели больше возможностей поддерживать свое экономическое существование, чем те, что расположены менее удачно.

Благодаря такой ориентации при Каролингах возросла важность фризийцев. Именно они, в VIII веке ставшие важными торговцами и посредниками на Северном море между Англией, континентом, Скандинавией и Рейнской областью, при Каролингах превратились в главных мореплавателей и морских торговцев на северных морях. Их географическое положение являлось идеальным для этих целей. Как уже говорилось, они в самом начале VIII века продвигались вниз по Маасу и Рейну, где в 716 году в Кёльне появился герцог Радбод со своим флотом. После того как Карл Мартелл в 734 году покорил Фризию, их политической независимости пришел конец, но не способности к экспансии, которая обрела экономическую форму. В конце века фризийцы спустились по Рейну и создали торговую колонию в Вормсе, и, судя по сходству между монетами Дорестада и Маастрихта, проникли и на юг в долину Мааса. В 753 году они были уже в Париже, в качестве купцов на ярмарке Сен-Дени, что раньше считалось прерогативой англосаксонских торговцев. Как уже отмечалось, в 778 году у них также была торговая колония в Йорке. Наконец, в 799 году их контакты с Римом и Италией упрочились достаточно для создания там schola паломников-торговцев, аналогично англосаксонской schola, существовавшей там с 727 года. Таким образом, к 800 году они уверенно продвигались к положению главных посредников между Европой Каролингов и атлантическими регионами за пределами империи – Англией, Северной Германией, Скандинавией. Они превзошли своих главных конкурентов, англосаксов, став главными посредниками на северных морях.

Необходимо отметить, что в эпоху Каролингов, как и в другие периоды, экономические условия не оставались статичными. Торговая ось в направлении северо-восток – юго-запад, соединившая сердце империи Каролингов с Италией, осталась главным фактором жизни на северных морях. Район между Сеной и Рейном продолжал быть самым продвинутым экономическим регионом Северной Европы на протяжении следующих десятилетий, а фризийцы – важными на северных морях международными торговцами. Эти факты являются фундаментальными для понимания рассматриваемого периода. Но это вовсе не означает, что экономические условия и морская коммерция вдоль других берегов не могли избежать спада середины VIII века. Постепенно, когда мир, установленный могущественным Карлом Великим, продолжался уже несколько десятилетий, мы замечаем пробуждение торговли и мореплавания вдоль берегов и регионов, казавшихся мертвыми в 750 году. После того как Людовик Благочестивый в 814 году стал императором, это пробуждение достигло статуса торгового возрождения на северных морях и территориях, которые они омывают. Это возрождение мы рассмотрим далее.

Возрождение экономической жизни, начавшееся в последние годы правления Карла Великого, отчетливо видно в Галлии, к западу от Сены и к югу от Луары. Сначала мы видим возобновление торговли в долине Роны, когда в старых городских центрах снова начали чеканить монеты. К 781 году Арль, Авиньон, Марсель, Юзес, Безье и Нарбонна имели монетные дворы. К 814 году к ним присоединился Вьен. В Новой Испанской марке за Пиренеями Барселона стала центром, из которого распространялись монеты. После 814 года все монетные дворы действовали, а с ними и Эмпорион, расположенный возле Пиренеев, между франкской территорией Каролингов и Испанией. Целая серия монетных дворов была восстановлена на юге, от верховьев Рейна до границ мавританской Испании, что якобы подтвердило наличие коммерческой связи между Северной Галлией и этой частью Средиземноморья, связи, едва ли просуществовавшей столетие.