Но человек – существо высшего порядка, обладающее сознанием и совестью, тем не менее век за веком и тысячелетие за тысячелетием постоянно творит какую-то херню. Круглосуточно. То ли он так устроен, то ли еще что, но тем не менее мизантропия – это простая нормальная человеческая реакция на все это. А уж особенно если ты начинаешь читать Шопенгауэра или Ницше… Любой философ, особенно немецкой школы, – это тяжелое испытание для неподготовленного сознания.
Понятно, что в мире, возможно, все не так плохо. Я всегда ищу золотую середину. Но давай сопоставим в уме несколько фактов. Сейчас 2018 год. Куча технологий, народ живет реально хорошо. Много жратвы, о которой 100–200 лет назад и помыслить не могли. Вокруг гаджеты, почти у каждого второго машина – живи и кайфуй. Нет, где-то война, там воровство, здесь убийство. Плюс информационное пространство тебя настолько поглощает со всех сторон, с утра до вечера на тебя льются новости! А поскольку большинство из них – негативные, на тебя это просто начинает давить, и тебе реально кажется, что мир сходит с ума.
Но мир существовал сам по себе миллионы лет до человека. И будет существовать после нас. Получается, что единственная причина всего этого негатива и барахла – наша жалкая персона. В одном фильме мне понравилось такое сравнение: если представить всю историю планеты как Эмпайр-стейт-билдинг, то вся история человечества займет пару миллиметров на кончике шпиля. Тем не менее столько пафоса и понтов: все для меня, я – пуп Земли. Еще мне нравится такое образное сравнение: человечество – это вирус планеты, который ее планомерно сжирает, но рано или поздно она с нами справится. Либо наше собственное сознание нас убьет (какой-нибудь дебил нажмет на ядерную кнопку – и до свидания). У планеты, в отличие от нас, много времени – за несколько десятков тысяч лет она все эти ошибки исправит. А человечества уже не будет.
В одноименной песне второго альбома Леонтьев зачитывает фрагменты из «Афоризмов житейской мудрости» Артура Шопенгауэра, объясняя этот тем, что очень уж хотелось открыть молодежи великого философа, к произведениям которого, к сожалению, сегодня обращаются все реже: