Северный флот. Единственная правдивая история легендарной группы. Вещание из Судного дня

Множество творческих импульсов дала Саше Леонтьеву военная тема. В каждом альбоме «Северного Флота» есть антимилитаристские песни («Красные реки», «Каждую ночь», «Удачи солдат»), а началось все, разумеется, еще с «Солдатской печали» «Кукрыниксов». Напрямую с армейским бытом он не сталкивался, однако не стоит забывать, что рос он в Приднестровье в очень неспокойные времена.

Ренегат в детстве

Александр Леонтьев:

Когда началась заваруха в Приднестровье, я жил уже в Кишиневе, поэтому с какими-то ее проявлениями сталкивался лишь эпизодически. На лето я обычно ездил к бабушке и дедушке. Ребенком все воспринимаешь ненапряжно и комично. Дети слабо осознают ужасы войны и быстро к ним привыкают. Например, мой район Чеканы, где я жил в Кишиневе, находится по направлению к Дубоссарам, где шли боевые действия. Иногда было слышно, как там херачат эти «грады». Там всего 40 километров, Молдавия же маленькая.

Но мы как-то к этому серьезно не относились, нас больше занимали другие вещи. А в Приднестровье я просто обалдел от комичности войны – насколько человек (особенно колхозник) меняется под давлением таких обстоятельств и насколько просто манипулировать людским сознанием. Было пару раз: идешь с купания, обычный колхоз, где я прожил всю жизнь, и все меня прекрасно знают. Тебя останавливают два пьяных в задницу мужика с автоматами и начинают спрашивать документы и куда ты направляешься. При этом они какие-то соседи. В селе я был довольно известным парнем. Дед мой в школе преподавал, все друг друга знали. Существовала паромная переправа между моим селом Рашков и Вадул-Рашков на молдавской стороне. Так эти пьяные «вояки» перерезали трос, сели на другой стороне бухать – и вот вам вся война!

Ренегат с отцом

А там, где базировались российские войска, действительно шли боевые действия. Но в Кишиневе мы на это особого внимания не обращали, потому что обострились национальные проблемы. Сидим мы в лесу и поем под гитару песни. Вдруг подъезжает наряд конной милиции с автоматами и начинает нас распихивать, спрашивая с молдавским акцентом, почему мы поем по-русски, почему не молдавские песни, «ну-ка быстро разошлись, не собираться». Фактически разгоняли нас лошадями. Так, без травм, но было понятно, что начнешь лезть в бутылку, можешь и прикладом по башке схлопотать.

Война у «Северного Флота» трактуется в самом широком смысле. В песне «Поднимая знамя» она вырастает до масштабов вселенского закона, когда, как пел любимый Сашей Виктор Цой, «я чувствую, закрывая глаза, весь мир идет на меня войной». Подобное состояние самому Леонтьеву приходилось испытывать неоднократно. Причем, когда это произошло после смерти Михаила Горшенева, он хоть и оказался на время выбит из колеи, однако был уже во всеоружии. Ведь ситуация со смертью отца и спасением его бизнеса в глухом Киржаче очень закалила Сашу и стала одним из сильнейших творческих импульсов. Но когда он начинал писать свои первые песни, до этого еще было ох как далеко…

Александр Куликов, 2016 г.

А. Щиголев на концерте Прощание

«Кукрыниксы» и «Король и Шут»