Мистер Ричи заявил, что на рекламном щите из досок размером 9 на 6 футов были наклеены плакаты с рельефно выступающим на них словом «хуйня» (bollocks). Щит содержал 11 досок и три плаката. Слово «хуйня» было высотой 4 дюйма. Вся конструкция была выставлена в витрине магазина. Сержант Стоун обратился к Сиэлу и спросил его: признает ли он свою ответственность за этот плакат, и Сиэл ответил утвердительно. Сержант Стоун поставил Сиэла в известность, что «это есть сознательное нарушение закона», и Сиэл был взят под стражу.
Затем Мортимер заявил, что он желал бы вызвать профессора Джеймса Кингсли для лучшего понимания значения слова «хуйня». Мистер Ричи отрицал, что нужны еще какие-то посторонние свидетели. Однако председательствующий дал согласие, и профессор Кингсли был вызван.
Кингсли заявил суду что он, Реверенд Джеймс Кингсли, является профессором кафедры английского языка Ноттингемского университета. Он добавил, что в прошлом он был англиканским священником, а также членом Королевской академии. Получив соответствующий вопрос от Мортимера, он начал описывать происхождение слова «хуйня». Он сказал, что это слово впервые письменно зафиксировано около 1000 года и в англосаксонские времена означало маленькое яйцо. Также оно использовалось для обозначения цветка орхидеи. Еще он добавил, что вышедший в свет в 1961 году словарь сленга Эрика Патриджа не затрагивал того факта, что слово «хуйня» употреблялось в Средние века. Профессор также заметил, что это слово встречалось в народных библиях и ветеринарных книгах. В библиях оно означало любые маленькие предметы соответствующей формы. Он сказал, что слово это часто служит названием для какого-нибудь населенного пункта и не вызывает среди жителей никаких бурных реакций. Мортимер добавил, что, например, один городок и по сей день зовется Мэйденхед[12], и жители данной местности не испытывают по этому поводу проблем. М-р Кингсли заявил, что слово «хуйня», по признанию автора словаря сленга Патриджа, проходя сквозь столетия, сохраняло свой разговорный смысл: в прошлом веке так называли клерка. «Слово это также использовалось как прозвище для клерков. Клерки известны тем, сколько они городят всякой чепухи, поэтому впоследствии слово стало обозначать „нонсенс, вздор, чепуха", — подчеркнул он. — Клерки были известны как люди, которые несут всякую хуйню, и поскольку старое значение слова „bollocks" (яйца, яички) тоже сохранялось, то словарь закрепил два значения».