Читаем Шаг змеи полностью

Всех манила свобода. Та самая свобода, о которой в двенадцатом Протоколе сионских мудрецов написано: «Свобода есть право делать то, что позволяет закон… вся свобода окажется в наших руках, потому что законы будут разрушать или созидать только желательное нам по вышеизложенной программе».

К тому времени, когда призрак свободы обрел стать каменного гостя и явился к морским воротам Америки колоссальной статуей, все было готово. На постаменте появились строки из поэмы Эммы Лазарус «Новый колосс»:

Отдай мне твоих усталых и бедных;Они задыхаются в толпах огромных,Подобны обломкам, усеявшим берег.Пошли их ко мне, гонимых, бездомных —Мой свет их введет в золотые двери.

Они вошли, а непредвзятый европейский ученый взглянул на США и удивился: «Америка во всех своих частях есть Иудея» [48].

Осознание Америки как «Земли Обетованной» шло параллельно с осознанием идеи Москва — Третий Рим. «Тайна беззакония» и удерживающая приход антихриста сила развивались как бы наперегонки.

Вселенская империя

Как и в Старом Свете, «посвящения» в каббало-талмудический мрак в первую очередь удостоились масоны. О том, что «сын вдовы», по сути, является тем самым «герим», то есть искусственным евреем, говорит и изданная в 1906 году Энциклопедия масонства: «Каждая ложа есть символ иудейского храма, так же как и всякий мастер стула есть представитель иудейского царя, а каждый франкмасон должен олицетворять иудейского работника».

Именно на масонском заседании принял предложение стать первым президентом США Джордж Вашингтон. (На Библии, принадлежавшей ложе «St. John Lodge № 1», с тех пор присягу принимают все американские президенты.) К тому времени он уже получил своеобразный подарок от французского маркиза де Лафайета — масонский фартук. На нем — черно-белое клетчатое поле — тамплиерский символ.

Мессианское предназначение нового государства было очевидно его отцам-основателям сразу. Вашингтон заявлял: «Соединенные Штаты — это Новый Иерусалим, определенный Провидением под территорию, где человек должен достичь своего полного развития, где наука, свобода, счастье должны распространяться с миром».

Апокалиптический образ Нового Иерусалима, естественно, говорит о США как о венце и завершении человеческой истории.

Но православные думают об этой стране иначе, «…в лице США «тайна беззакония» создала свою собственную «вселенскую империю» — прообраз всемирной империи антихриста — на той самой материалистической идеологии, которой дьявол искушал Христа в пустыне» [83].

Кстати, само создание государственности на новом континенте было весьма таинственным. Энциклопедия Мэнли Холла так описывает работу комитета по учреждению колониального флага.

«Мало что известно об этом пожилом джентльмене, за исключением того, что к нему иногда обращались «Профессор»… Вашингтон и Франклин знали Профессора и пригласили его для работы в Комитете. В ходе совещания все предложения Профессора принимались с почтением. Он предложил проект, символика которого наиболее соответствовала идее нового флага… После эпизода с флагом Профессор исчез, и больше никто о нем не слышал.

Не распознали ли Вашингтон и Франклин в Профессоре эмиссара школы Мистерии, которая уже долго контролировала политические судьбы нашей планеты?»{98}.

Да, согласно масонским источникам, американские колонии, стремившиеся к отделению от Британской короны, получали из Европы поддержку неких «секретных и августейших особ».

Итак, они были против существующей Британской монархии. Являлись секретными и одновременно августейшими… Поневоле вспоминается Сионская Община и династия Меровингов.

Еще одна цитата из Мэнли Холла: «Европейский мистицизм был еще жив, когда были основаны Соединенные Штаты Америки. Рука Мистерий водила устроителями нового государства, потому что символика Мистерий все еще видна на Великой Печати Соединенных Штатов Америки. Тщательный анализ печати показывает массу оккультных и масонских символов, главным среди которых является так называемый американский орел — птица, которая, по мнению Бенджамина Франклина, недостойна избрания в качестве эмблемы великого, мощного и прогрессивного народа. Здесь, опять- таки, исследователь символизма должен смотреть в корень и понимать, что американский орел на Великой Печати есть просто стилизованный феникс, что ясно видно при рассмотрении первой версии печати… В цветном проекте печати, сделанном в 1782 году Уильямом Бартоном, есть феникс, сидящий на огненном гнезде. Это факт сам по себе иллюстрирует тенденцию использования этой птицы в качестве эмблемы».

Феникс возрождается из пепла… Что хотели возродить в Америке «устроители Мистерий»?

Перейти на страницу:

Все книги серии Духовное очищение России

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука