Шаг змеи

Стихи, оккультные жесты, философские тексты «Мэтра Теона». Сквозь них Древний Египет пышет адским жаром. Открытия египтологов, расшифровки магических письмен, обнаруженных в долине Нила, вдохновили многих — от Блаватской до Папюса. Находки археологов удачно дополняли, по их мнению, каббалистические познания, вынесенные когда-то из того же Египта.

Археология — дисциплина поистине мистическая. К чему зачастую приводят ее усилия? К последствиям, которые даже не может представить себе рационалистический ум.

Стоит прочесть высеченное на камне имя забытого бога — и он оживает.

Обнаружить жертвенник — и он вновь потребует крови.

Прошептать только что расшифрованное заклинание — и оно начинает испускать тонкие, до поры до времени едва уловимые токи.

Мистическая символика Древнего Египта очаровала оккультистов давно. Еще в конце XVI века Джордано Бруно (будучи священником!) проповедовал по всей Европе учение о всемирной реформации, предполагающей возвращение человечества к «египетской» религии солнцепоклонничества [52]. Позже, начиная с XIX века, археологи с лопатами наперевес бросились в бездну, промыслительно сокрытую песками… Помните, их предшественниками были тамплиеры. Археология всегда приносила духовные находки.

И вот откликнулась литература. Образ ожившей мумии стал многозначительным[102]. Из навозной кучи писательской фантазии вылез жук-скарабей. А «арканы таро» действительно захлестнули шею диавольской веревкой, поволокли искателей тайны в пекло.

Игра в бисер

Масонская энциклопедия Мэнли Холла весьма наглядно показывает масштаб воздействия тайных обществ на литературу и искусство. Перерабатывая легенды и мифы, литераторы и музыканты вновь пробуждали для масс забытые тени.

Нельзя ли допустить стремление названных обществ целенаправленно воздействовать на умы современников через литературу?! Проект такой духовной экспансии мог быть основан на мистическом представлении о том, что произнесенное слово — лишь первая фаза материализации идеи. И уже затем она может быть воплощена в социальной или политической плоскости.

Литератор, кощунственно воспринимающий Божественное творение как хаос, отбирающий из всего бесчисленного многообразия мiра только нужные ему звуки и краски, отваживается на рискованную роль. Роль демиурга. И тот, кто выстраивает методом «игры в бисер» наиболее эффектные ассоциации и наиболее правдоподобную картину «действительности», наиболее опасен в симпатической магии слова. И вот уже навязанное заблуждение начинает управлять человеческой стихией. Двигать людьми по направлению к бездне… Но кто подсовывает «бисеринки»?

Фантазия — это оживление несуществующего. Именно по этой природе своей мiр воображения, как говорит святоотеческая традиция, общий у человека с падшими ангелами. Некоторым «фантазерам» бесы «подсказывают метафоры», как Йейтсу. Диктуют «язык ангелов», как Алистеру Кроули. Являются живописным пьяным бесом, как Пан — Врубелю. Они запросто рисуют картины запредельной древности… И вот уже Мицраим, сын Хама, приходит в Египет, завладевает им и дает ему свое имя (Мицраим — еврейское название Египта); он создает тайное мистическое учение, в основе которого — поклонение Осирису, Изиде и другим языческим богам… Это демоны, облекаясь многоразличными образами, пополняют наше воображение. А ведь художники «богатым воображением» привыкли гордиться. Что ж, оно — общий инструмент безбожного искусства и оккультной практики. Язычество ведь тоже — в этимологическом, прямом смысле — «народное творчество».

Вот интересное свидетельство: «Духовные силы», к которым обращаются маги, также представляют собой сгустки энергии и, следовательно, способны материализоваться. Поскольку они невидимы, можно предположить, что в естественном состоянии они газообразны. Но, как нам известно, газ можно сгустить, сделать видимым — значит, вполне возможно «сгустить» и духовную силу. Форма и вид, которые она принимает, уже были установлены во время бесчисленных веков воображением давно умерших магов. Сила человеческого воображения поразительна, умение материализовать ментальную энергию — только одна из ее многочисленных способностей. Несколько лет назад, когда я жила в Вене и занимала пост в ООН, мне представилась возможность убедиться в этом» [34]. Далее автор сообщает о своей практике вызывания духа, который явился в образе обнаженной по пояс «царицы Хагиель». Что ж, православная традиция знает, что личина демона отражает слабые места грешника, к которому он является. Григорий Великий писал, что диавол — «упряжная лошадь для тех, кого возбуждает богатство, и птица для тех, кого возносит гордыня».

Герман Раушнинг свидетельствует, что сам Гитлер прекрасно осознавал магию фантазирования: «Эти умники считают, будто наша задача — успокоить массу и содержать ее в тупой апатии… Только взбудораженная моими фантазиями, масса становится управляемой».

Кто-то хорошо сказал: Бога можно встретить даже в аду; но только в одном месте Его нет — в том, которое мы себе представляем.

Египтяне отступили