Читаем Шаг змеи полностью

Последние мальчики, видевшие Ющинского живым, рассказывали, что того похитили прямо на их глазах. Оба свидетеля через несколько дней после показаний умерли «от дизентерии». Следствие и суд проходили в условиях тотального террора по отношению к правде и, по иронии судьбы, явились калькой будущих «кремлевских процессов»…

Жертва Азазелю

Дмитрий Галковский[159] пишет: «Вот в Брокгаузе сказано: «Исчезал ли где христианский ребенок, сейчас начинали ходить слухи, будто евреи умертвили его для употребления его крови в пасхальных опресноках, хотя еврейский закон в течение тысячелетий внушал и привил им глубокое отвращение ко всякой крови».

Это у евреев-то отвращение к крови? Как тут не вспомнить одного из героев рассказа Бабеля «Карл-Янкель» (в нем описывается обрезание ребенка. — Ю.В.):

«Отрезая то, что ему причиталось, Нафтула не отцеживал кровь через стеклянную трубочку, а высасывал ее вывороченными своими губами. Кровь размазывалась по всклокоченной его бороде. Он выходил к гостям захмелевший. Медвежьи глазки его сияли весельем. Рыжий, как первый рыжий человек на земле, он гнусавил благословение над вином. Одной рукой Нафтула опрокидывал в заросшую, кривую, огнедышащую яму своего рта водку, в другой руке у него была тарелка. На ней лежал ножик, обагренный человеческой кровью, и кусок марли. Собирая деньги, Нафтула обходил с этой тарелкой гостей, он толкался между женщинами, валился на них, хватал за груди и орал на всю улицу.

— Толстые мамы, — орал старик, сверкая коралловыми глазками, — печатайте мальчиков для Нафтулы…

Мужья бросали деньги в его тарелку, жены вытирали салфетками кровь с его бороды».

Цитата эта — лишь предисловие к разговору о деле Бейлиса…

— Т-сс!

— Что это, антисемитизм?! Даже вспоминать об этом неприлично.

— Опасно! (Вам еще не угрожали?)

— О чем говорить? Это был полный обман!

Да, в начале XX века еврейский депутат Неелович поднялся на трибуну Государственной думы и процитировал торжественное заявление 216 раввинов: «Еврейское учение не знает ни одного взгляда, разрешающего поступать с неевреями так, как не позволено поступать с евреями».

Тогда же XI венский сионистский конгресс заявил:

«…как смеют бросать это сумасшедшее обвинение в лицо еврейского народа, проживающего три тысячелетия в атмосфере величайшей человеческой культуры, даровавшего всему человечеству законы гуманности и просветившего мир учением любви к ближнему!»

Что ж, поговорим о гуманизме.

Л.А. Тихомиров писал в «Московских ведомостях», что на суде была признана «доказанность убийства со всеми признаками ритуальности». Это подтвердил выступавший в ходе процесса старец Почаевской лавры архимандрит о. Автоном, еврей по крови, прекрасно осведомленный о сути страшного ритуала хасидов.

И. Пранайтис писал: «Лица, отвергающие ритуальные убийства у евреев, говорят, будто обвинения этого рода — результат средневекового невежества, и ссылаются на процессы ведьм, равно как на средневековых колдунов и заклинателей из христиан. Но те же отрицатели умалчивают, что, как результат средневекового невежества, эти «волшебники» были еврейского происхождения и что все магические формулы построены на еврейском алфавите. Да и в самом Талмуде… приводится немало «колдовских» советов и указаний. — Примеры: «Кто желает увидеть чертей, должен взять послед черной кошки, впервые рожденной от такой же, первородящей кошки, сжечь его и стереть в мельчайший порошок и этим посыпать себе глаза, тогда они (демоны) покажутся».

Эту мысль продолжает Флавиан Бренье: «Талмуд неистощим в вопросе о злых духах, и все басни, которые он рассказывает, легли в основание книг о колдовстве и чернокнижии, столь распространенных в Средние века… С полным основанием Элеафас Леви (расстрига Луи Констан) говорит, что Талмуд есть основа чернокнижия».

И хотя после революции новая власть поспешила уничтожить материалы дела Бейлиса в архивах Киевского суда, до нас дошло множество поразительных свидетельств.

Вот какие выводы содержит изданная в 1913 году в Санкт-Петербурге экспертиза магистра богословия, известного знатока талмудической и каббалистической литературы И.Е. Пранайтиса. Он пишет: «Из того же Зогара (ч. 11, 119, а)… видно, что акт убийства должен совершаться определяемым каббалистически способом: «И смерть их (аммэ гаарец — неевреев) пусть будет при заткнутом рте, как у животного, которое умирает без голоса и речи… И он (резник. — Ю.В.) творит благодарственную молитву и дает обет Святому, да будет Он благословен, что ежедневно должно быть его убиение… как при убиении скота — двенадцатью испытаниями ножа, и ножом, что составляет тринадцать…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Духовное очищение России

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука