Читаем Шаг змеи полностью
Михаил: «Я не любил, чтобы родители со своим «наведением порядка» входили в мою комнату. Эти «низкие» житейские проблемы меня буквально бесили. Когда они все же прибирались в комнате, я впадал в депрессию на несколько дней — вплоть до полной ликвидации порядка. Порядок становился чем-то принципиально непереносимым — главным признаком несвободы. Я полюбил хаос…»
Рок-звезда, гомосексуалист Дэвид Боуи, в журнале «Роллинг-Стоунз» от 12 февраля 1976 года потряс музыкальный мир такими словами: «Рок всегда был и будет музыкой дьявола… Я считаю, что рок-н-ролл опасен… Я чувствую, что мы являемся вестниками чего-то гораздо более темного, чем мы сами».
— Ты какую музыку любишь? — Вопрос задается четырнадцатилетнему подростку, находящемуся в психиатрическом заведении города Минска.
На симпатичном и застенчивом лице «домашнего мальчика» появляется улыбка: «Айрон Мейдэн».
Однажды этот симпатяга слушал музыку. Медленно, как во сне, разделся догола… Оказался на кухне… Взял в руки нож… Вышел на лестничную площадку… Позвонил в соседнюю дверь… И вонзил лезвие в живот соседки.
«Что со мной тогда было, не помню», — говорит теперь подросток.
О том, что всякая культура происходит от какого-либо культа, напомнило и событие, произошедшее на Троицу 1999 года. Организация, специализирующаяся на устроении всевозможных шоу (во главе с неким господином Шульманом), назначила шабаш в центре Минска[186]. Началось все с бес-платной раздачи горячительных напитков. Получив свою плату, пьяный бес постарался вовсю. Толпу «заводили» молодые люди в кожано-металлическом прикиде. Заводили, подняв два пальца вверх. «Подключаясь» вилкой своей плоти к инфернальным энергиям грохочущего лже-слова. К злым вибрациям духов злобы поднебесной.
Человек промыслительно не слышит ультразвуковых писков и инфразвуковых рыков бесов. Он не может воспроизводить их своим голосом. Однако каждому дана свободная воля. И если он создает специальную аппаратуру, выходящую на эти частоты, если он готов слушать весь диапазон «инфернального бельканто» — горе ему{84}.
Меж тем в соседнем Свято-Духовом соборе, где шло праздничное архиерейское богослужение, закрыли двери. Грохот шабаша мешал петь церковному хору. И даже заглушал колокола.
Неожиданно за рекой появилась туча. Вскоре, как раз над собравшимися, раздался грозный раскат грома. Ударил град. Толпа бросилась к подземному переходу. Кого- то сбили, началась свалка. Высокие тонкие каблуки с разбега наступали на головы упавших. В считаные минуты — это трудно себе представить — погибло более пятидесяти человек. Изуродованные трупы вызвали шок даже у медиков. Жертвами в основном стали юные девушки, по глупости своей слетевшиеся на дешевые приманки шабаша.
А нервно смеющиеся парни в черной коже поспешили в метро. Умчались в темную дыру подземного тоннеля.
Весь этот ужас произошел практически на фундаменте древнего храма Рождества Пресвятой Богородицы. Именно в него была внесена чудотворная Минская икона Божией Матери после обретения ее в водах Свислочи.
Сейчас вход в станцию метро «Немига» становится мемориалом. На стенах — фотографии погибших, душевные надписи скорби, иногда — иконки. А вот — странные стишки про «смелых зверьков, которые празднуют свое неожиданное освобождение»…
Похоже, многие, в том числе и власти, распорядившиеся установить памятный знак, так и не поняли, что же произошло. Чем была эта вакханалия.
А православные минчане говорят так: это была самая настоящая черная месса — поклонение сатане на фундаменте поруганного храма. И за кощунство, совершенное в Великий праздник, Господь попустил этой мессе завершиться. Массовым человеческим жертвоприношением.
До XVII века Талмуд, равно как и каббалистические трактаты, не допускался в Россию под страхом смерти[187]. Змей, пытавшийся просунуть сюда свою головку, мгновенно был изгоняем Крестом. Однако уже либерализм Александра II законодательно поддержал изучение Талмуда евреями. Теперь — и подавно другие времена.
На одном из рынков Москвы есть небольшой ларек. Одетые в черное, неопрятные юноши торгуют видеокассетами с «ужастиками». Слово за слово — и из-под полы появляется специфическая литература. Вот и Черная библия. Двухтомник Кроули. Каббала. «Грамотно» поговорив, можно получить кое-какой адресок… Конкретный.
Многократные переговоры (собеседников заинтересовало, что они имеют дело с прессой) приводят на подмосковную железнодорожную платформу. Ночь. Долгий путь через рощу. Впереди — ржавые ворота. Вход на кладбище.
