Читаем Шаги по осени считая… (сборник) полностью

Клён шарахается листьями, качает кроной и отодвигается. Очередное облако, сизым привидением, поднимается к такому же плотно-серому небу. Подобное притягивает подобное…

Накрапывает дождь. Продрогший клён прядёт листьями от падающих тяжёлых капель. Берёза жмётся к клёну. Прохладно. Всё замерло в каком-то коматозном сне – Осень…

Сигаретный дым рванулся в сторону, уносимый набежавшим порывом. Желаю ему "попутного ветра".

Внизу хлопнула балконная дверь. Мучитель-сосед покурил. Мысленно желаю ему здоровья.

Вслух желаю всему мокрому миру – доброго дня!..

Дождь продолжает свою монотонную песню. Солнца сегодня не будет. Оно спряталось у меня внутри.

Невольно улыбаясь, посылаю клёну, берёзе и небу воздушный поцелуй. Словно в ответ, слышу из комнаты голос моей любимой девчонки с рыжими осенними глазами: "Доброе утро, солнышко!.."



Мне хорошо с тобой!

Я не знаю, Что я без тебя. Кто я? Наши жизни идут параллельно так долго, что их давно можно назвать одной…

Мне так хорошо с тобой!..

Я не устаю благодарить Господа за ту давнюю встречу, моя ленинградка. Наши "белые ночи" переросли в ночи осенние. Наши дыхания переплелись и стали единым…

Как же мне хорошо с тобой!..

Пусть наша жизнь – джазовая импровизация. Но есть основная мелодия. Она заполняет дом, сердца, судьбу. Музыка Нежности и Любви звучит с первых наших прикосновений…

Цирковые купола были для нас венчальным храмом. Гостиницы – пристанищем двух счастливцев, которым так повезло. Гастрольные пути-дороги – кругосветным свадебным путешествием. Я подарил тебе алое кольцо манежа и "медовый месяц" длиною в жизнь. Ты мне – своё трепетное сердце и Маленького Принца. Теперь он стал Королём…

Сегодня выпал первый снег. Шальной и робкий, как мой первый поцелуй. Скоро завьюжит. Белая простыня судьбы покроет оранжевый ковёр осени до апрельских ветров. Я не боюсь грядущей зимы. Меня будут греть твоя улыбка и солнечные рыжие глаза.

Мне хорошо с тобой…



Золотые россыпи октября.

Я подарю себе сегодняшний день!..

Он, конечно же, будет лучшим в жизни. Вчерашние – забыты. Пережиты-прожиты. Будущие ещё не родились…

День чистый и прозрачный. Через него можно рассмотреть мир.

Тишина. Покой. Роскошь…

Сегодня буду плутать в угасающей Осени. Вдыхать свежесть прохладного дня. Пить уходящую Жизнь по капле, по мгновению. Бродить без цели и адреса. Без направлений и осознанности. Руководствуясь лишь порывами. Желаниями души, интуицией. Они приходят неожиданно. Исчезают внезапно…

Проживу этот день, словно он последний. Однажды ведь так и случится…

Всю жизнь я с радостью смотрел на цветную оправу купола цирка. На свои летающие кольца, лица зрителей. По ночам любовался переливающимся звёздным куполом неба. Пока все люди спали, успевал облететь Землю четыре раза. Оставив к утру на бумаге несколько чернильных строк.

День за днём. Капля по капле. Чаша пустеет…

Господь подарил ещё немного времени, чтобы в суете дней повернуться к себе. Всмотреться. Рассмотреть. Увидеть…

Спасибо, Господи, за всё! Мне хорошо на этом представлении, зовущимся Жизнью. Мне радостно и весело. Как в цирке…

Мне любопытно жить дальше. Потому, что завтра наступит новый день. Кто знает, что он принесёт?..

Может, я снова подарю его себе…



Копилка опустела…

Я выбросил все старые обиды, разочарования, суету и хлопоты.

Хорошенько промыл её весенними дождями. Высушил под июльским солнцем. Проложил первыми рыжими осенними листьями.

И теперь собираю в неё бесценную валюту Радости Жизни.



Ночью невидимый художник прошёлся по берёзе жёлтым, словно разводил краски, пробуя колор. Чуть коснулся рябины. Случайные капли жёлтого попали на соседнюю липу. Потемневшая зелень клёна осталась нетронутой. Пока. Художник только присматривается к мольберту, подбирая размер кистей. Краски наносятся на палитру, смешиваются. Маэстро никуда не торопится. Всему свой срок…

Его глаз точен. Штрих, другой – этюд. Мазок, другой, удар по холсту – шедевр. Волна вдохновения, широкие движения от локтя: вверх-вниз, справа налево. Оценка. Пауза. Огненным вихрем по кругу – осенний вернисаж.

Художник творит…

В подрамнике окна синий осколок неба. Земля чертит в пространстве мироздания звёздную карту.

С отрывного календаря упал лист, другой. И посыпалось. Закружилось. Осенним листопадом…

Не успеет Земля толком наклонить ось, как художник будет так же вдохновенно рисовать Зиму…

Имя художника – Время…




В этой Осени притаилась Радость…

Она усыпала асфальт жёлто-красными шариками "ранеток". Словно сладкие драже просыпались из открытых ладоней осени. Аллеи университетских садов заблагоухали "антоновкой" и "штрифелем". Старые разлапистые яблони ссутулились под тяжестью плодов, сбрасывая урожай к ногам прохожих разноцветными жонглёрскими мячиками. Шпиль МГУ поймал в свои объятия солнце и, дурачась, не отпускает. Высится, сияющим от удовольствия, золотым маяком над Воробьёвыми горами.

Душа замерла в восторге, боясь оторваться от земли и улететь…

Радость блеснула в блуждающей улыбке прохожего. Он запамятовал свой адрес и заплутал в Осени…

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь и судьба

Необычная судьба
Необычная судьба

Эта книга о судьбе матери автора книги Джаарбековой С. А. – Рыбиной Клавдии Ивановне (1906 Гусь-Хрустальный – 1991 Душанбе). Клавдия прожила очень яркую и интересную жизнь, на фоне исторических событий 20 века. Книга называется «Необычная судьба» – Клавдия выходит замуж за иранского миллионера и покидает СССР. Но так хорошо начавшаяся сказка вскоре обернулась кошмаром. Она решает бежать обратно в СССР. В Иране, в то время, за побег от мужа была установлена смертная казнь. Как вырваться из плена в чужой стране? Находчивая русская женщина делает невероятное и она снова в СССР, с новым спутником жизни, который помог ей бежать. Не успели молодые насладиться спокойной жизнью, как их счастье прервано началом Великой Отечественной войны. Ее муж, Ашот Джаарбеков, отправляется на фронт. Впереди долгие годы войны, допросы «тройки» о годах, проведенных заграницей, забота о том, как прокормить маленьких детей…

Светлана Ашатовна Джаарбекова

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Кровавая пасть Югры
Кровавая пасть Югры

О прозе можно сказать и так: есть проза, в которой герои воображённые, а есть проза, в которой герои нынешние, реальные, в реальных обстоятельствах. Если проза хорошая, те и другие герои – живые. Настолько живые, что воображённые вступают в контакт с вообразившим их автором. Казалось бы, с реально живыми героями проще. Ан нет! Их самих, со всеми их поступками, бедами, радостями и чаяниями, насморками и родинками надо загонять в рамки жанра. Только таким образом проза, условно названная нами «почти документальной», может сравниться с прозой условно «воображённой».Зачем такая длинная преамбула? А затем, что даже небольшая повесть В.Граждана «Кровавая пасть Югры» – это как раз образец той почти документальной прозы, которая не уступает воображённой.Повесть – остросюжетная в первоначальном смысле этого определения, с волками, стужей, зеками и вертухаями, с атмосферой Заполярья, с прямой речью, великолепно применяемой автором.А в большинстве рассказы Валерия Граждана, в прошлом подводника, они о тех, реально живущих \служивших\ на атомных субмаринах, боевых кораблях, где героизм – быт, а юмор – та дополнительная составляющая быта, без которой – амба!Автор этой краткой рецензии убеждён, что издание прозы Валерия Граждана весьма и весьма желательно, ибо эта проза по сути попытка стереть модные экивоки с понятия «патриотизм», попытка помочь россиянам полнее осознать себя здоровой, героической и весёлой нацией.Виталий Масюков – член Союза писателей России.

Валерий Аркадьевич Граждан

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Война-спутница
Война-спутница

Книга Татьяны Шороховой, члена Союза писателей России, «Война-спутница» посвящена теме Великой Отечественной войны через её восприятие поколением людей, рождённых уже после Великой Победы.В сборнике представлены воспоминания, автобиографические записки, художественные произведения автора, в которых отражена основа единства нашего общества – преемственность поколений в высоких патриотических чувствах.Наряду с рассказами о тех или иных эпизодах войны по воспоминаниям её участников в книгу включены: миниатюрная пьеса для детей «Настоящий русский медведь», цикл стихотворений «Не будь Победы, нам бы – не родиться…», статья «В каком возрасте надо начинать воспитывать защитников Отечества?», в которой рассматривается опыт народной педагогики по воспитанию русского духа. За последний год нашей отечественной истории мы убедились в том, что война, начавшаяся 22 июня 1941 года, ещё не окончена.Издание рассчитано на широкий круг читателей.

Татьяна Сергеевна Шорохова

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Непередаваемые прелести советской Прибалтики (сборник)
Непередаваемые прелести советской Прибалтики (сборник)

Вашему вниманию предлагается некий винегрет из беллетристики и капельки публицистики. Итак, об ингредиентах. Сначала – беллетристика.В общем, был у латышей веками чистый национальный праздник. И пришёл к ним солдат-освободитель. Действительно освободитель, кровью и жизнями советских людей освободивший их и от внешней нацистской оккупации, и от нацистов доморощенных – тоже. И давший им впоследствии столько, сколько, пожалуй, никому в СССР и не давал. От себя нередко отрывая. Да по стольку, что все прибалтийские республики «витриной советского социализма» звали.Но было над тем солдатом столько начальства… От отца-взводного и аж до Политбюро ЦК КПСС. И Политбюро это (а вместе с ним и сявки помельче) полагало, что «в чужой монастырь со своим уставом соваться» – можно. А в «уставе» том было сказано не только о монастырях: там о всех религиях, начиная с язычества и по сей день, было написано, что это – идеологический хлам, место которому исключительно на свалке истории…Вот так и превратила «мудрая политика партии» чистый и светлый национальный праздник в националистический ша́баш и оплот антисоветского сопротивления. И кто знает, может то, что делалось в советские времена с этим праздником – тоже частичка того, что стало, в конце концов, и с самим СССР?..А второй ингредиент – публицистика. Он – с цифрами. Но их немного и они – не скучные. Текст, собственно, не для «всепропальщиков». Эти – безнадёжны. Он для кем-то убеждённых в том, что Рабочее-Крестьянская Красная Армия (а вместе с ней и Рабочее-Крестьянский Красный Флот) безудержно покатились 22-го июня 41-го года от границ СССР и аж до самой Москвы. Вот там коротко и рассказывается, как они «катились». Пять месяцев. То есть полгода почти. В первые недели которого немец был разгромлен под Кандалакшей и за всю войну смог потом продвинуться на том направлении – всего на четыре километра. Как тоже четыре, только месяца уже из пяти дралась в глубоком немецком тылу Брестская крепость. Как 72 дня оборонялась Одесса, сдав город – день в день! – как немец подошёл к Москве. А «катилась» РККА пять месяцев ровно то самое расстояние, которое нынешний турист-автомобилист на навьюченной тачке менее, чем за сутки преодолевает…

Сергей Сергеевич Смирнов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное

Похожие книги

Мой генерал
Мой генерал

Молодая московская профессорша Марина приезжает на отдых в санаторий на Волге. Она мечтает о приключении, может, детективном, на худой конец, романтическом. И получает все в первый же лень в одном флаконе. Ветер унес ее шляпу на пруд, и, вытаскивая ее, Марина увидела в воде утопленника. Милиция сочла это несчастным случаем. Но Марина уверена – это убийство. Она заметила одну странную деталь… Но вот с кем поделиться? Она рассказывает свою тайну Федору Тучкову, которого поначалу сочла кретином, а уже на следующий день он стал ее напарником. Назревает курортный роман, чему она изо всех профессорских сил сопротивляется. Но тут гибнет еще один отдыхающий, который что-то знал об утопленнике. Марине ничего не остается, как опять довериться Тучкову, тем более что выяснилось: он – профессионал…

Григорий Яковлевич Бакланов , Альберт Анатольевич Лиханов , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова

Детективы / Детская литература / Проза для детей / Остросюжетные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза
Ход королевы
Ход королевы

Бет Хармон – тихая, угрюмая и, на первый взгляд, ничем не примечательная восьмилетняя девочка, которую отправляют в приют после гибели матери. Она лишена любви и эмоциональной поддержки. Ее круг общения – еще одна сирота и сторож, который учит Бет играть в шахматы, которые постепенно становятся для нее смыслом жизни. По мере взросления юный гений начинает злоупотреблять транквилизаторами и алкоголем, сбегая тем самым от реальности. Лишь во время игры в шахматы ее мысли проясняются, и она может возвращать себе контроль. Уже в шестнадцать лет Бет становится участником Открытого чемпионата США по шахматам. Но параллельно ее стремлению отточить свои навыки на профессиональном уровне, ставки возрастают, ее изоляция обретает пугающий масштаб, а желание сбежать от реальности становится соблазнительнее. И наступает момент, когда ей предстоит сразиться с лучшим игроком мира. Сможет ли она победить или станет жертвой своих пристрастий, как это уже случалось в прошлом?

Уолтер Стоун Тевис

Современная русская и зарубежная проза