Шепчущие никелевые идолы. Жестокие цинковые мелодии

«Все будет закончено настолько быстро, насколько возможно. Я должен внедрить в того из них, которого зовут Рохля, ложные воспоминания – чтобы он смог донести информацию до мистера Дотса, не осознавая, что вступал со мной в контакт».

– Но что случилось со мной?

Мой мозг наполнился чуждыми образами.

Один из парней Морли обнаружил меня по пути на работу. Он опаздывал, виной чему была некая женщина. Замужняя – и ее мужем был совсем не этот парень. Он бы вообще не заметил меня, если бы ему не показал на меня какой-то уличный мальчишка. Придя в «Пальмы», парень рассказал Морли, что его друг Гаррет, весь в крови, валяется под дождем в придорожной канаве.

Значит, поняв, что не смогу дойти до дому, я пытался добраться до «Пальм». А потом пришли спасатели и вытащили меня.

«Ну вот».

Рохля и его ребята вышли из комнаты, двигаясь как зомби. Дин пошел проследить, чтобы они все благополучно выбрались из дома.

Я вспомнил ту ужасную вонь из чьего-то рта. И решил никогда никому не рассказывать о сделанном мне искусственном дыхании.

У Рохли всегда были проблемы с зубами.

«Я нахожусь в затруднении».

– Вот как? А где это место – где-нибудь поблизости от Йимбера? Эй, Дин, как насчет еще одного пунша?

Когда-нибудь я принесу извинения Максу Вейдеру. Как ни редко это бывает, но иногда пиво не лучший выбор.

Мельком взглянув на Покойника, Дин заявил:

– Вы получите еще один. После этого напитков больше не будет.

– Итак, в чем же затруднение?

«Я должен повидать полковника Тупа или Дила Шустера. Мне необходима их помощь, чтобы заглянуть в умы слуг А-Лафа».

– В таком случае ты поторопился отпустить Рохлю. Он с его командой могли бы пустить слух о том, как принесли меня домой, и как по мне было непохоже, что я долго протяну, и как ты не проснулся, чтобы прийти на помощь… Или пошли вон ту кучу стражников, что валяются там в углу.

Передняя стена дома содрогнулась от массированного приземления пикси.

«Я еще могу исправить этот просчет. Дин! Отнеси несколько монет к входной двери в знак нашей благодарности людям мистера Дотса… А теперь, Гаррет, пусть мисс Пулар проводит тебя до постели. Тебе не о чем беспокоиться. Как ты и предположил, Учитель Уайт допустил крупную ошибку».

– Иногда даже странно, как только человек может быть таким тупым.

«Не стоит недооценивать возможности глупцов, проживающих в этом городе. Тем не менее заглянуть в ум мистера Уайта может оказаться интересным».

Я хотел спросить, что поведал ему Скелингтон, но Синдж не дала мне на это времени.

«Гаррет, я буду знать, где тебя найти. Дин, открой, пожалуйста, дверь».

36

Я спал как дитя благодаря моему партнеру: один из его меньших умов поддерживал мое дыхание. Ядовитое зелье вызывало сон, почти настолько же глубокий, как кома. На протяжении ночи, без моего ведома, ко мне приходили гости. Среди них был травник, он назвал зелье, которым меня опоили, но не знал другого противоядия, кроме удачи, времени и большого количества воды. Он был изумлен тем, что я до сих пор жив, – удача, похоже, была на моей стороне. Скелингтон знал, что Учитель Уайт раздобыл сонное зелье от некоего типа по имени Колда. Он был уверен, что противоядие существовало, и думал, что у Колды оно есть.

Кроме того, ко мне приходили ведьма и целитель – из тех, что лечат наложением рук. Ни та ни другой не принесли мне непосредственного облегчения. Оба согласились, что мне следует пить воду галлонами. Мешок с костями сумел где-то раздобыть ведьму, хотя я не смог ее найти. Он так и не объяснил, как ему это удалось.

Явились и другие, прослышав о моем пошатнувшемся здоровье, но они подождали до рассвета. Все, кроме Тинни Тейт. Она нашла в себе силы отбросить претензии и обиды в момент, когда жизнь подошла к острому краю. Я проснулся лишь настолько, чтобы успеть сказать: «Иногда сны становятся явью».

Тинни Тейт – совершенно невероятное рыжеволосое существо. Все превосходные степени здесь уместны. Она – свет моей жизни, когда не является ее тьмой и мраком. В некоторых отношениях она – золотой стандарт женщины, в некоторых – источник всяческой неразберихи и сумятицы. Проблема Тинни в том, что она знает, чего ей надо, не больше, чем я. Но в отличие от меня, она никогда не признает этого.

Она была здесь, о чем еще можно мечтать? У нее был абсолютно убитый вид – пока она не поняла, что я проснулся, и тогда сразу напустила на себя суровость.

– Когда ты так делаешь, у тебя проступают веснушки.

– Ты невыносим даже на смертном одре!

– Я совсем не собираюсь умирать, женщина! Разве что от острой тейтонедостаточности.

– И грубишь до последнего вздоха.

– Холодно. Мне так холодно… Если бы только можно было как-нибудь согреться…

Она стояла всего лишь в шаге от меня.

Только одна свечка давала слабый свет. Этого хватало. Вот уже в сотый раз я был ошеломлен и потрясен тем, что эта женщина является частью моей жизни. Как я мог роптать на богов, если время от времени они уступали и позволяли свершаться чудесам, подобным этому?

Ничего не произошло. Покойник был рядом – в моей голове, воплощая собой презрительное целомудрие.

37