Школа литературного мастерства. От концепции до публикации: рассказы, романы, статьи, нон-фикшн, сценарии, новые медиа

Однако бывает, что герой не является центром истории. Иногда в начале рассказа он весьма доволен собой и своей жизнью, не хочет ничего менять и ни в чем не нуждается. Если вы все так и оставите, это будет не очень интересно. Допустим, члены некоего тайного общества узнают, что он намерен участвовать в бизнес-конференции в Вашингтоне, и решают использовать его в качестве курьера для того, чтобы переправить некие секретные документы. С вашим героем начинают происходить вещи, которых он не понимает, и вскоре попадает в беду. Он должен действовать. Он может попытаться не вмешиваться, но рано или поздно ему грозит опасность, и он вынужден защищаться. Как и прежде, мы видим здесь иерархию потребностей – действия плохих людей заставляют его спускаться все ниже и ниже к подножию пирамиды Маслоу. Может быть, его арестовывают (потеря статуса), затем находится свидетельство, заставляющее его жену считать, что он ей изменил (потеря любви), затем его увольняют (потеря безопасности), и, наконец, он вступает в борьбу за выживание (потенциально потеря жизни). Каждый шаг заставляет его быть все более активным в возникшем конфликте, и в конце тихий и кроткий, возможно даже трусливый, человек, желавший лишь спокойной жизни, завершает свой путь тем, что превращается в героя.

Когда вы определились с тем, кто ваш герой, то должны решить, как рассказать его историю. Иными словами, с какой точки зрения. Давайте рассмотрим, какие здесь могут быть возможности.

От первого лица

Можно писать от первого лица. Это значит, что ваш герой сам рассказывает свою историю, как если бы он писал дневник или рассказывал кому-то о своих приключениях. Вот пример рассказа от первого лица:

«Я огляделся. Я понятия не имел, где нахожусь. То есть я понимал, что это больница, но не имел ни малейшего представления, как в ней оказался».

Когда вы читаете написанный от первого лица роман, рассказ или даже нехудожественное произведение, такое как, например, путеводитель, вы мгновенно чувствуете связь с человеком, который напрямую обращается к вам. В этом и заключается преимущество повествования от первого лица. Оно глубоко личное – вы входите в положение рассказчика. Если этот человек, назовем его Джордж, хочет лишь спокойной жизни, а неожиданно все вокруг меняется, вы чувствуете его смятение, его гнев и затем его желание вернуть все то, что было прежде.

Минус в том, что вы можете слышать и видеть только то, что слышит или видит он. В предыдущей главе я уже упоминал, насколько в этом случае читателю нелегко понять, как выглядит рассказчик – как мы видели, для этого необходимо использовать другие способы. Кроме того, вы не сможете описать человека, нанесшего ему удар по голове и находящегося сейчас на противоположном конце города. Чтобы сделать это, вы должны придумать, как Джордж мог об этом узнать. Вот пример такого рассказа:

«Молодая чернокожая медсестра принесла мне на подносе еду, напоминавшую многократно пережеванный гамбургер.

– Пока вы были без сознания, к вам приходил посетитель, – сказала она. – Он записался. Его имя – мистер Перикл.

– Мне это имя ничего не говорит. Как он выглядел?

Она посмотрела в окно и задумалась.

– Высокий, лысый, около шести футов ростом, лет пятидесяти.

Она выжидающе посмотрела на меня, но я по-прежнему не знал, кто он и зачем хотел меня видеть. А также понятия не имел, как он узнал, что я в больнице».

Джордж не знает, кто этот мистер Перикл, не знает этого и читатель. Но в следующей главе, когда он заметит высокого бритоголового человека, делающего покупки в супермаркете, то вспомнит описание посетителя, данное медсестрой, и мы, читатели, вспомним тоже.

От всезнающего третьего лица

Другая возможность – писать от третьего лица, т. е. как будто кто-то рассказывает о происходящих событиях, но не принимает в них участия. В этом случае предыдущий фрагмент выглядел бы так:

«Джордж огляделся. Он понятия не имел, где находится. То есть он понимал, что это больница, но не имел ни малейшего представления, как в ней оказался».