Шли бои

В один из осенних дней партизаны Армии Людовой, контролировавшие железную дорогу и шоссе Краков — Катовице, доложили, что гитлеровцы начали копать довольно глубокий ров, идущий от шлагбаума в Броновице, то есть от конечной трамвайной остановки. Работы вела организация «Тодт». Здесь немцы не использовали ни одного поляка. Ров прокладывался справа от шоссе и тянулся в западном направлении.

Мы забеспокоились. Ров прокладывался явно не в хозяйственных целях: ведь линия фронта была совсем рядом. Значит, он предназначался для иных целей. Но для каких?

Алексей, Прысак, я и другие товарищи внимательно следили за ходом работ. Где должен кончаться ров? И на этот вопрос мы не могли сразу получить ответ.

Со временем нам удалось узнать, что на дне рва почти полутораметровой глубины гитлеровцы укладывали кабель диаметром четыре сантиметра. Возникали новые вопросы: для чего он предназначен? К чему он будет подсоединен?

Уложенные участки кабеля тут же засыпались. Видимо, немцы старались сохранить все в тайне.

Дни шли. Работы не приостанавливались ни на минуту. Особенно хорошая возможность наблюдать за тем, что делалось у рва, представилась Прысаку. Совсем рядом разбивались городские огороды, где он работал. Прысак сообщил нам, что немцы уже провели ров под железной дорогой, пересекающей шоссе западнее города, и дальше, около двухсот метров, под железнодорожным виадуком в Броновице. Железнодорожники, несшие службу в будке, видели, как немцы прокладывали кабель. Прысак заметил также, что рядом с правым рельсом, если смотреть в сторону Катовице, тянулся еще какой-то тонкий провод.

Вместе с Шаповаловым мы осмотрели железнодорожный мост, перекинутый над шоссе, и в одной из его опор, в каменной кладке, обнаружили отверстие. Может, здесь должно было проходить ответвление кабеля? Или это отверстие не имело к кабелю никакого отношения? После тщательного осмотра выяснилось следующее: тонкий кабель, протянутый через это отверстие, был соединен с проводом около рельса и сходился с главным кабелем на переезде около железнодорожной будки.

Какая роль отводилась кабелю — для нас продолжало оставаться загадкой.

— Будем следить за этими работами до конца, — решил Алексей. Я согласился с ним.

Немцы проложили кабель за строения Броновице и дотянули до места, откуда шла дорога к Ойцову. Слева у этой дороги стояли крестьянские домики. В одном из них жил знакомый Прысака. Мы предложили Прысаку установить связь с этим человеком и с его помощью добыть у немцев сведения о предназначении рва с кабелем.

— Поговори с ним, — посоветовал я Прысаку. — Возможно, ему удастся потянуть немцев за язык, и мы что-нибудь узнаем.

В один из дней повалил снег с дождем. Случилось так, что во время перерыва на обед немцы вошли в дом этого крестьянина погреться. Хозяин попытался завести с ними разговор о рве и кабеле. Но ничего не получилось. Немцы только спросили, могут ли они прийти к нему и завтра, если опять будет такая погода. Хозяева не отказали им в гостеприимстве.

— Угостите их самогоном, — посоветовали мы Прысаку.

Немцы пришли. Выпили, закусили. После этого стали разговорчивее, но и на этот раз ничего не удалось узнать. Приглашение на следующий день они приняли с большой охотой.

— Я еще куплю самогону, — пообещала им хозяйка. — Хороший был? Гут?

— Гут, зер гут! — похвалили немцы.

Снежная крупа с дождем налетала часто. Холод не унимался. Мы приготовили для хозяев несколько литров самогону, чтобы им было чем как следует угостить немцев. Штаб приказал срочно выполнить задание.

А пока мы продолжали передавать сведения о передвижении немецких войск, о строящихся укреплениях.

В один из дней работавшие на рву немцы снова заглянули к нашему хозяину. Он и его жена то и дело подливали в их стопки самогон. Немцы захмелели, развеселились. Хозяин решил немного пощекотать им нервы. Жестами и несколькими немецкими словами он дал им понять, что в Краков войдут советские войска.

— О найн! — крикнул один из них. — Вр-р-р-рум! Он вскинул вверх руки и вытаращил глаза.

Крестьянин догадался, что это могло означать: взрыв.

В общем-то мы и раньше уже догадывались, для чего предназначался кабель. «Беседа» же крестьянина с немцами подтвердила наши предположения. Теперь оставалось узнать, в каком месте будет установлено приспособление для включения тока. От кабеля в различные части города должны были отходить ответвления.

Немцы продолжали копать.

В западне

Шаповалов получил задание разведать гитлеровские отряды и части, расположенные в Величке. Ему были также необходимы новые документы. Их неплохо обрабатывал Бохенек.

Как-то рано утром Алексей, Валя и я отправились на краковский вокзал понаблюдать за выездом людей на окопные работы. Смешались с людьми. В один из моментов мы с Алексеем пошли к привокзальному киоску купить газету. К нам подошли темно-синие полицейские и потребовали документы о занятости на рытье окопов. Алексей предъявил свой документ. Я же не знал, что делать, потому что не имел такого удостоверения.

— Я как раз собрался на работу, — объяснил я.