Шпионаж и политика

Официальный Лондон и британскую разведку в ту пору мучила одна головная боль: «Как не допустить выхода России из войны?» Тот же лорд Милнер после поездки в Петроград в начале 1917 года вернулся с тягостным предчувствием смуты в России и невозможности продолжения ею войны с Германией. Пришедшее к власти после отречения царя Временное правительство не внушало союзникам доверия в плане возможности контролировать обстановку в армии и стране в целом. Информация о подрывной работе в России германской разведки и финансировании Берлином революционной смуты тоже вызывала тревогу у британского руководства.

Тогда у Мэнсфилда Смит-Камминга созрел план, заимствованный у его коллеги, шефа германской разведки Макса Варбурга. В его разработке он исходил из того, что Троцкий выступает (в отличие от Ленина) за продолжение войны с Германией до победного конца. Этот посыл, на его взгляд, открывал возможность для активного противодействия Ленину, если с Троцким удастся договориться. Пока он готовил инструкции для Вайзмана, Берлин наращивал усилия по реализации своего плана.

Деньги для революции

Ленина перевезли в Россию как чумную бациллу.

Уинстон Черчилль.

Германия после Франко-прусской войны 1871 года стремилась к политическому и экономическому господству в Европе. И считала себя несправедливо обделенной колониями. Поздно включившись в борьбу за передел мира, Германия стремилась отвоевать владения у Англии, Франции, Бельгии, Голландии и стать крупнейшей колониальной империей в мире. Но Германия явно переоценила свои силы и возможности ее Тройственного союза с Австро-Венгрией и Италией. К 1917 году ее положение на фронтах было бесперспективным. Необходим был неординарный ход для спасения Германии.

Идея использовать Ленина и большевиков для разложения и вывода из войны России, организовав их возвращение в страну, принадлежала германской разведке. По некоторым данным, за время Первой мировой войны Германия потратила на так называемую «мирную пропаганду», в том числе на помощь российским революционерам, более 382 миллионов марок. По тем временам это были огромные деньги. Только на организацию беспорядков в России в 1917 году, по данным британского историка Джонатана Смила, Германия потратила примерно 30 миллионов марок.

Макс Варбург — шеф разведки Германии (1867–1946)

Ключевой фигурой в схеме финансирования большевиков являлся агент германского правительства Александр Львович Гельфанд (оперативный псевдоним Парвус). Это был вороватый делец и первоклассный мошенник. Именно он, в частности, присвоил себе все гонорары писателя Максима Горького, выплаченные ему за постановки его пьес в европейских театрах.

Средства из Берлина на нужды русской революции переводились на счета фирм Парвуса в «Ниа Банкен» (Стокгольм) и «Ревизионсбанк» (Копенгаген). Подробности этой деятельности стали известны лишь после Второй мировой войны с захватом американцами архивов германского МИДа. Теперь эти материалы хорошо известны. И я не стану на них останавливаться.

Однако Ленин не всегда был благосклонен к Парвусу. Он считал его «ренегатом», «социал-шовинистом» и «немецким Плехановым».

Принципиальную сделку «деньги за окончание войны» германская разведка поручила провести другому своему агенту — эстонскому социал-демократу Александру Кескюле. Посол в Берне барон фон Ромберг сообщил рейхсканцлеру об ее итогах: «Кескюла поставил вопрос об условиях, на которых большевики согласны заключить мир в случае прихода к власти, и получил подробное перечисление этих условий. Ленин соглашался на сепаратный мир и самоопределение окраин».

Одним из документально установленных каналов немецкого финансирования большевиков являлся также швейцарский социал-демократ, уроженец Германии и агент германских и австрийских спецслужб Карл Моор. Летом 17-го он передал большевикам 32 837 долларов США из бюджета германского МИДа под видом «займа».

Министр иностранных дел Германии Рихард фон Кюльман констатировал в письме кайзеру: «Лишь тогда, когда большевики стали получать от нас постоянный приток фондов через разные каналы и под разными ярлыками, они смогли поставить на ноги свой главный орган „Правду“, вести энергичную пропаганду и значительно расширить первоначально узкий базис своей партии».

Снабжение Ленина деньгами продолжалось и после октябрьского переворота. 8 ноября 1917 года германский посол в Стокгольме Люциус телеграфировал в МИД: «Прошу прислать 2 миллиона из сумм военного займа для известной цели». А 9 ноября глава МИДа Кюльман писал министру финансов Германии: «Имею честь просить Ваше Превосходительство отпустить 15 миллионов марок в распоряжение Министерства иностранных дел на предмет политической пропаганды в России».

стр 62

Александр Львович Гельфанд/Парвус (1867–1924)