Шпионаж особого рода

«Когда я работал в «Шевроле», — рассказывал Де Лориан, — с копией полной программы «Форда» по маркетингу на следующий год ко мне зашел сотрудник, который уверял, что эти копии распространяются по всей корпорации. Я удивился, но позже узнал, что у нас принято выуживать информацию у конкурентов… Однажды, придя на совещание административного совета, я увидел высших чинов, склонившихся над сверхсекретным документом, в котором раскрывалась вся структура производственных расходов «Форда». В докладе был дан полный анализ издержек производства и распределения готовой продукции конкурента. Аналогичные данные по нашей корпорации никогда не выходили за пределы 14-го этажа. Высшие менеджеры «Дженерал моторс» к любым данным об издержках производства не допускают даже управляющих отделениями, не говоря о конкурентах»⁵¹.

С большей тщательностью, чем государственные тайны, охраняются проекты и эскизы новых автомобилей. В технические центры промышленных монополий доступ закрыт не только для посторонних, но нередко и для руководителей корпораций, которые непосредственно не занимаются этими проблемами. Об этом рассказывается в книге «Автобиография Йакокки», выпущенной «Бантэм букз», исправленной и дополненной профессиональным журналистом Новаком. В этой книге Ли Иакокка очень осторожно отмечал, что «экономический шпионаж в автомобильном бизнесе, о чем пресса особенно любит посудачить, имеет место.

Как-то в начале 1970 г., — писал Иакокка, — один из моих друзей, работающий в концерне «Крайслер», показал мне секретные документы «Форда», проданные одним из наших ребят конкурентам. Я показал эти бумаги Генри Форду, он пришел в ярость. Форд попытался установить систему, которая бы выясняла, как промышленным шпионам удается похищать секреты и что можно сделать, чтобы пресечь это. Поскольку установить слежку за всем штатом невозможно, пришлось поставить шифровальную машину и пронумеровать все копии секретных отчетов. Первым был Генри Форд, вторым — президент Иакокка и т. д. Если бы произошла утечка, то можно было бы вызвать тех 12 ребят, которые имели доступ к отчетам, и сказать: «Один из вас в этой комнате врет…»»⁵².

Но и Иакокка далек от того, чтобы говорить всю правду. Дело в том, что, обвиняя Генри Форда во всех грехах, в которых тот, очевидно, погряз, Йакокка настойчиво уверял, что этот «незначительный случай» имел место в начале 1970 г. Ведь в конце года он стал президентом «Форд мотор», а потому занятие таким малоблагородным ремеслом, как экономический шпионаж, портит портрет кумира американской молодежи, с кого «должны делать жизнь», о чем сказано в предисловии к книге. Хранение секретов в случае с Ли Иакоккой имеет особо деликатный характер.

Трудности Ли Иакокки проистекали из того факта, что он, покидая «Форд», обязался не работать в автобизнесе. «Гонорар» в 1,5 млн долл., который концерн обязался выплатить, был своего рода отступным для того, чтобы Ли не поставил на службу конкурентам знание всех секретов второго американского автомобильного гиганта и не продал конфиденциальную информацию за рубеж. В любой другой отрасли Иакокка мог работать и занимать самые высокие должности. Если нарушал договор, то он терял эту сумму. Но плата за молчание не сработала, 1,5 млн долл. оказались недостаточной компенсацией, чтобы заставить Йакокку замолчать или похоронить свои честолюбивые и мстительные амбиции. Тем более что руководство «Крайслера» согласилось «выкупить» этот контракт, т. е. дать Иакокке те 1,5 млн долл., которые он терял, если поставит свой опыт и деликатные знания, приобретенные за долгую службу на фирме конкурентам⁵³.

Недаром Форд, узнав, что Иакокка собирается стать президентом конкурирующей компании, потерял покой и сон, стал наводить справки и приложил немало усилий, чтобы помешать этому. Однако Форд оказался бессилен. С помощью государственных субсидий, самоограничений рабочих и служащих фирмы «Крайслер», которые согласились на снижение заработной платы, правильным выбором стратегии и тактики, неуемной энергией, подхлестываемой обидой, жесткостью и требовательностью и к себе и к подчиненным, порой доходящими до жестокости, Ли Йакокка выиграл и стал кумиром Америки. А Форд II, получив в сфере бизнеса еще пару жестких оплеух, вынужден был подать в отставку, уступив место председателя правления корпорации. В том, очевидно, и сила Иакокки и его команды, что они сумели убедить всех, от высших менеджеров до рабочих, что лучше меньше получать, чем быть безработными. Эта истина только на первый взгляд кажется простой, для американской действительности она не столь очевидна.