Шпионаж особого рода

Для расследования убийства бизнесмена Мартина Шлейра, председателя правления «Дрезднер банк» Юргана Понто и генерального прокурора Зигфрида Бубака руководство БНД наняло частного детектива Вернера Мауса с годовым гонораром 650 тыс. марок. Для этих целей и были необходимы частные пожертвования, а недостающую сумму доплатила сама Федеральная служба. Она снабжала Мауса не только деньгами, но и фальшивыми документами. Все проводилось в обстановке строжайшей секретности, писал журнал. В целях безопасности был изготовлен лишь один экземпляр договора, который шеф БНД держал у себя под замком. Маусу разрешалось в случае необходимости только заглянуть в него. В договоре также отмечалось, что Маус «не может подключать третьих лиц, обязан регулярно информировать своего заказчика, учитывать его интересы и после ухода со службы хранить строжайшее молчание».

В отличие от находящихся на государственной службе разведчиков частный детектив не связан законом, инструкциями и желанием сделать карьеру, Его интересуют только деньги, а их платят за результаты. Он может взламывать двери, прослушивать телефонные разговоры без всяких официальных разрешений, шантажировать, когда ему это нужно, проникать в чужие квартиры, угрожать и т. д. Но если его на этом поймают, он отвечает сам, а не лицо или организация, которые его наняли. Симбиоз законной мощи разведслужб и частных детективов умножит силы секретных служб.

Этот блондин «среднего роста, средней толщины, средней яркости словно создан природой, чтобы его не опознавали в следующий раз». Многоликий Маус получал более 30 фальшивых удостоверений для себя, помощников, среди которых первой значится жена. Он так и не вернул фальшивые удостоверения пилота, заграничные паспорта, водительские права и лицензии на ношение оружия.

Фальшивые документы нужны Маусу в его деле точно так же, как мини-передатчик в виде пачки сигарет и автоматическая фотокамера в папке для бумаг, а парики и трость — рабочий инструмент рядового шпиона. Маус олицетворяет собой сыщика, которому не нужно придерживаться закона, чтобы поймать нарушителей. Он мог стать агентом, провокатором, ищейкой, которая при выслеживании не должна придерживаться ни административных инструкций, ни правил служебного этикета. Приказы вышестоящих лиц он мог игнорировать и делать все по собственному усмотрению. Он имел все — от портативного передатчика до собственного самолета, от ложных паспортов до фальшивых накладных волос.

В рамках своей мимикрии, или «легенды», Маус чаще всего играл значительное лицо. Причем делал это, по собственным словам, только в целях маскировки, поскольку «у шпика никогда не может быть так много денег».

Деньги, как и ловкость их делать, у него были. Он получал от Объединения страхователей недвижимого имущества ставку в размере 750 тыс. марок в год, гонорар от БНД в размере 842 тыс. марок за 15 месяцев своей охоты на террористов. Большие суммы не были для него необычными. Правда, были и расходы — сделанные на заказ костюмы, арендованные время от времени «роллс-ройсы», шикарные яхты, рестораны и первоклассные отели. Ему удавалось добиться большего, чем некоторым гигантским полицейским отрядам.

К помощи Мауса БНД прибегала не раз. В 1970 г. он способствовал поимке в Испании бежавших из заключения и разыскивавшихся в связи с ограблением банка и убийством полицейского Альфреда Лекки и Гельмута Деркса. Он обнаружил украденные в 1975 г. сокровища Кёльнского собора, которые большей частью удалось вернуть; нашел баллоны с отравляющими веществами на Саведо, похищенные весной 1983 г. «Как никто другой, детектив Маус умел втереться в доверие к подозреваемым лицам, друзьям, женам их окружения и любовницам. Этот человек, который в полном смысле слова блестяще умел сочетать различные интересы, первый раз был женат на сотруднице БНД», — писал «Шпигель»³¹.

Хотя в поисках преступников на частные пожертвования Маус объехал полмира, однако успехи были мизерны. Когда в бундестаге разразился скандал по поводу привлечения частных шпионов для выполнения «государственных функций», Маус скрылся. Благо ни денег, ни ловкости матерого шпиона ему не занимать. Под новой фамилией и в новом образе многоликий Маус будет тайно практиковать древнейшее ремесло, пока новые разоблачения, арест или смерть не поставят точку. Практика знает случаи, когда и лучшие детективы бессильны.

«Деньги разводят людей — писал В. Федоров, который наблюдал жизнь западногерманских миллионеров, — но, бывает, и соединяют несоединимое». «Деньги тут ни при чем, главное — чувство!» — возражал восемнадцатилетний жених на сомнения лиц, облеченных властью делать молодых людей молодоженами. Учитывая романтический возраст жениха, можно было бы поверить, если бы невеста не преодолела 80-летний рубеж. Зная, что «любви все возрасты покорны», можно было бы поверить даже в пламенную страсть Ромео XX в. к новоявленной Джульетте, если бы она не была миллионершей. Любви, как известно, и миллионы не помеха.