Шпионаж по-советски. Объекты и агенты советской разведки

Через несколько дней после начала войны в Брюссель прибыл специалист по отравляющим газам, полковник Константин Ефремов, чьей главной задачей сначала был шпионаж в области химической индустрии, но потом его функции расширились и стали включать военную, политическую и экономическую разведки. Ефремов был настоящим артистом конспирации. Он выдавал себя за финского студента Ернстрема и прекрасно справлялся с этой ролью. Когда его впоследствии арестовали, гестапо отмечало, что маскировка охватывала все, вплоть до последней пуговицы на его белье.

Офицеры разведки быстро, один за другим, прибывали в Брюссель и оседали там: Треппер шестого марта 1939 года, Сукулов семнадцатого июля, Ефремов шестого сентября, Данилов и Макаров несколькими днями позже. Они образовали ядро новой разведывательной сети и привлекли к этой работе многих агентов из местных коммунистических организаций.

Часть виллы в брюссельском районе Эттербек была арендована под «офис». Хозяйка, пожилая бельгийская вдова, была настолько наивной, что ничего не подозревала, и даже гестапо отпустило ее после налета, совершенного на штаб разведки.

Рита Арнольд, несчастная и слабохарактерная молодая немка, выступала в роли секретаря необычного офиса. Близкая подруга немецкого коммуниста Исидора Шпрингера, она вступила в КПГ в университетские годы. Позже она встретила пожилого джентльмена по имени Арнольд, вышла за него замуж и порвала с коммунизмом. Арнольд умер во время войны, в 1940 году, и Рита возобновила дружбу со Шпрингером. Главный недостаток характера Риты состоял в том, что она не могла постоять за себя и легко поддавалась влиянию.

Второй женщиной в агентстве была Анна Ферлинден по кличке Юзефа (ее настоящее имя – София Познанская, она была польской еврейкой). В дополнение к своим главным обязанностям эксперта по шифрам она занималась фальшивыми паспортами, симпатическими чернилами, печатями и другими шпионскими принадлежностями. Все это имущество, тщательно собираемое для агентства специальным человеком, по имени Абрам Райхман, было спрятано в тайнике за кроватью, на которой спала Анна. У нее не было ни семьи, ни близких родственников, и она прекрасно понимала, что ей грозит как советской шпионке во времена нацистской оккупации.

К агентам более низкого ранга относился уже упомянутый Райхман, который был виртуозом в изготовлении фальшивых паспортов. Его подруга Мальвина Грубер исполняла обязанности курьера. (По собственному свидетельству Мальвины, она за период своей работы, то есть за 1941–1942 годы, восемьдесят девять раз пересекла швейцарскую границу.) Другим таким агентом был Исидор Шпрингер, который для видимости порвал с коммунистической партией и служил на бирже алмазов в Антверпене, что позволяло ему получать информацию об экономическом положении Бельгии. Друг Шпрингера, Лео Гроссфогель, был специалистом по созданию фирм прикрытия. Подруга Лео, Симона Фельтер, служащая франко-бельгийской торговой палаты, использовалась в качестве связника между французским и бельгийским аппаратами. Радиотехник Августин Зезее, «музыкант из Остенде», всегда держал передатчик и приемник готовыми к работе, но в первый период работы находился в резерве, так же как Отто Шумахер (Роджер) и Герман Избуцкий.

Некоторые работники ОМС Коминтерна были переключены Москвой на работу в военном разведывательном аппарате. Одним из них был немецкий коммунист Иоганн Венцель, находившийся в эмиграции в Брюсселе. Он вступил в сеть Треппера – Сукулова и скоро достиг там значительного положения. Его прекрасное знание советской радиотехники принесло ему подпольную кличку Профессор. Спасаясь от преследования гестапо, Венцель в 1933 году бежал в Москву. Он вернулся на Запад в 1936 году, как один из лучших и самых доверенных работников Коминтерна. С 1937 года он возглавлял небольшую группу, которая обслуживала нелегальные нужды коммунистических партий: паспорта, визы, почтовые адреса, информацию и т. д. Он поддерживал контакты с группой голландских коммунистов. Когда он по приказу перешел в группу военных разведчиков, то взял с собой команду опытных агентов: свою подругу Жермен Шнайдер (Бабочку), бывшего мужа Жермен Франца Шнайдера и Абрама Райхмана.

К моменту захвата Бельгии германскими войсками весной 1940 года сеть была готова к работе, но ничего не произошло. Система была предназначена для работы в случае германско-советской войны, и было бы ошибкой раскрывать ее существование слишком рано. Она оставалась в «спячке» еще целый год.