Сибирский. Детектив. Бракованные

Она быстрым движением сняла пистолет с предохранителя и поднесла к подбородку. Сибирский среагировал мгновенно. Он проскользил на снегу, подошва слегка ушла с пробуксовкой назад, но сила в ногах выбросила его вверх по ступеням. Он вытянул руку, чтобы выбить Берету. Хлопок. Два тела повалились на пол. Крапивина всей спиной рухнула на пол и с хрустом шмякнулась башкой об порог. Хлопок. В левой руке стало жарко. Как будто плетью махнули по бицепсу. Кровь зашипела словно масло на сковороде, но мороз быстро обезболил рану. Денис встал. Пуля сделала в его любимом синем пуховике дыру, перья стали красными. Он машинально зажал рану второй рукой и посмотрел на Крапивину. Психолог лежала в лужице крови. Ухо было снесено пулей. Теперь и справа у нее был кровавый шрам. Удар о порог выбил из нее дух. Сибирский пощупал пульс. Еще жива.

Серов приехал со скорой. Врачи быстро погрузили Крапивину и помчались в больницу спасать убийцу. Пуля не попала в голову, но во время падения она ударилась головой о железную острую скобу, о которую весной и осенью вытирают грязь сапог, а зимой снег. Она пробила череп и возможно осколки достали до мозга, пуля повредила барабанную перепонку и часть черепа. В общем с ЧМТ загадывать всегда сложно, но шансы выжить были неплохи. Но захочет ли сама Крапивина жить? Дениса перевязывал Серов. Ерундовая царапина по сравнению с черными от обморожения ногтями. «Надо заехать сделать маникюр, покрасить ногти в естественный цвет перед свадьбой. Иначе некрасиво будет надевать обручальное кольцо на палец с черным слегка загноившимся ногтем».

Сибирский ехал в город с таксистом, который видел скорую, полицию и Крапивину. Видимо, он решил, что Денис какой-то важный детектив и восхищался его мужеством. Пойти в логово к серийной убийце в одиночку! Под повязкой жгло, как и в душе, ни сестра, ни Ольга, ни Кузнецова не оценят его безрассудное поведение. Сибирский не мог и не хотел быть полицейским, как отец, но тяга разгадывать преступления в совокупности с маниакально-обостренным чувством справедливости сидела в нем глубоко настолько, что он как ищейка преследовал убийцу, как только ему представилась возможность. Доминанта преступления в мозгу блокировала страхи, похоть, потребность во сне и еде.

Он размышлял о мотиве Крапивиной. Маниакальная логика создала систему, по которой убийца четко выверяла, кому из супругов будет выгоднее остаться в живых. Кто выиграет от убийства партнера больше. Кто не впадал в депрессию, не убивался на могиле и не топил себя в слезах. Кто находил в себе силы не только жить, но и жить счастливо. «Когда я пойму, что для счастья Ольги меня надо убить, я попрошу об этом Кузнецову», — с этими размышлениями он заснул, и сквозь закрытые веки он видел заснеженные замороженные поля и ветки елей, которые придавил холодный снег.

Захотелось тепла и мозг перекинул сознание в дикие непроходимые леса Амазонки. Во сне Сибирский в костюме Индианы Джонс с сачком искал редкую бабочку, которая пьет слезы заснувших птиц. Мохнатая тварь Горгона макарея усаживалась на затылок птице, спускала свой хоботок и всасывала в себя боль и страдания своего клиента.

Архив/Арман и Ульяна/Не детские проблемы/Файл 80004

Арман натянул колготки на сына. Предательские две полоски оказались спереди, пятки торчали возле голеностопов. 2 минуты он мучился и теперь все заново. Быстрым движением рук он подкинул мальчишку, забросил его на плечо и стянул колготки. Поставив сына на пол Арман принялся выворачивать штанины, но пацаненок уже дал деру в другую комнату.

— Уля, он сбежал от меня, — из соседней комнаты послышался заливистый смех. Мальчугана щекотала мать и уговаривала пойти с отцом погулять. Неразговорчивый в общем-то малыш четко обозначил свою позицию: «Неть. Ну, неть и все».

Через минуту смех сменился слезами, мать с гневом в глазах несла маленького бандита.

— Ты можешь его собрать и пойти погулять? Ты это можешь? Или ты совсем ничего не можешь?

— Он не хочет. Что ты пристала?

— Он не хочет, а я хочу, я хочу, чтобы ты убрался отсюда и дал мне выспаться.

— У меня тоже выходной. Суббота все дела. Не — не знаешь?

Мальчишка уже перестал плакать и уселся в коридоре изучать шнурки отцовских остроносых черных ботинок. Завязать их не получалось.

— Б. Бесишь меня, — Ульяна подняла сына и вперилась своими злыми глазами в душу мальчишке. — Гулять пойдешь?

— Неть, мамочка.

— Тогда я иду, — она стала натягивать сапоги прямо на пижаму. Кролики, нарисованные на штанах, нырнули в голяшку, чтобы не видеть скандала. Арман скинул куртку, подхватил малыша и перенес его в детскую. Включил мультик и твёрдо зашагал в коридор. Война объявлена, будет бой. Он сдернул с жены куртку, которую она только надела и схватил ее за шею.

— Ты, млять, не понимаешь, что я устал. Я всю неделю фигачил на работе допоздна и в субботу я хочу спать, читать и смотреть телек. Мне срать на то что происходит вокруг и с тобой, в частности. Поняла? — последнее слово он кричал в ухо.

Жена двинула ему по рукам и освободилась.