Сибирский. Детектив. Бракованные

Поезд прибыл в 6:10 по-местному. Провинциальный железнодорожный вокзал холодно принимал пассажиров. Колеса сильно скрипели, вдавливая свои металлические обода в стальные рельсы. Песок из тормозной системы увеличил силу трения, и состав медленно скрипуче затормозил. Платформа была запорошена снегом. Ночью резко потеплело до минус 5. Начался буран. Валило за все три недели морозной малоснежной погоды. Современный вагон хорошо отапливался, электронный термометр показывал +25. Седовласый исхудавший мужик сидел в ожидании выхода всех пассажиров. Он боялся сойти с места, да и некуда было спешить. Допивал крепкий, из трех пакетиков, чай. Тепло из него быстро уходило, и необходимо было подливать жар в топку. Синие глаза мужчины все равно оставались замерзшими. Было совсем неинтересно, что исчезло и что нового появилось за окном за последние 20 лет. Вся жизнь застыла еще тогда. Терзания были бесполезны. Оставалось только созерцание. Душа оторвалась от тела и следовала за ним по привычке, как шарик с гелием, привязанный к руке ребенка, который давно потерял к нему интерес. Но отпустить — значит, потерять навсегда.

Здоровье было ни к черту. И он периодически покашливал в кулак. Хронический бронхит с подозрением на туберкулез мучил, но не досаждал. Привычка. Место было напротив проводника на боковушке, поэтому он провожал всех приезжих. Пока не остался один. Встал. Эхо в пустом вагоне. Быстрым движением накинул старючий пуховик и натянул гандонку. В отражении зеркальной двери он увидел себя привычного, не хватало лишь сокамерников рядом.

На платформе мент сразу подлетел к нему и долго вчитывался в справку об освобождении. Всё равно. За 20 лет скопилось немного денег, на пару недель хватит. Единственное западло со стороны «красных» — выпустили совсем не вовремя. 31 декабря ни хату, ни хоть какую-то работенку не найдешь. В подъездах можно перекантоваться пару дней, но он решил сначала позвонить Геле. Начальник тюрьмы сказал, что она интересовалась его судьбой. Может еще не безразличен. Веры в Бога у него оставалось немного, но наложить на себя руки она не позволяла. Он знал, что у него есть внуки и увидеть их было бы здорово, хотя бы из-за угла.

Исходники/День 10/31 декабря. Томск/Безмужье/ Файл 90002

Кузнецова вздрогнула, словно невидимый будильник прозвенел под ухом. Она лежала на плече у Дениса. В рабочей одежде, свернувшись калачиком. Ноги были едва накрыты пледом. Они так и сидели в ожидании, что Джонни придёт. Наверное, странно было его ждать в объятиях другого мужчины, но Кузнецова точно знала, что Денис как минимум друг. И плакать на его плече можно. Да и другого такого не найти.

То, что Джонни пропал, стало ясно еще прошедшим днем, а может и утром. Но Кузнецова призналась себе в этом лишь вчера поздним вечером, когда взъерошенная прибежала домой и не обнаружила ничегошеньки в холодильнике. Точнее ничего готового. Следом позвонил Серов и кратко описал «веселые приключения» с журналистом. После неудачной погони за Викой они приехали к ней и устроили небольшой штаб. Тогда-то и позвонил видеоассистент Виктор, он нашел номера джипа по ориентировкам Сибирского. За Джонни числился старенький прадик белого цвета. Евгений К из черной папки был он. По базе данных Вика никогда не была Кузнецовой, видимо, называла себя так, пребывая с Джонни в гражданском браке.

Полковник Тамакин уже связался с ФСБ-шниками и передал им дело. Еще по пути к Кузнецовой Серов получил звонок о том, что переходит в оперативное подчинение к подполковнику Гришину.

Сибирский пил крепкий чай, голова болью в затылке откликалась на меняющуюся погоду. Обсуждали мотив Вики. Денис рассказал теорию о том, как она мстила ему, убив Иринку, а потом напоказ всех остальных из черной папки. Он вспомнил как она его домогалась и сделал вывод, что Вика хотела расстроить его свадьбу.

— Есть одна неувязка, — быстро прикинув все расклады, сказала Кузнецова. — Первые две жертвы. Та, что со СПИДом или без него. И художник. Там вообще не але. Непонятно можно ли пришить это к делу. Пока оставим те два архивных дела за скобками. И начнем с того, как ты ее вычислил.

— Она всегда была рядом. Ваш криминальный психолог помог, сказал, что единственный шанс найти убийцу — это его желание быть в курсе событий. Второе, это кабинет Крапивиной. Я предположил, что психолог не убийца, и тогда им становился кто-то кто был рядом и из черной папки. Ника-Вика. Повезло немного, мозг докрутил все. Плюс она действительно клюнула на нож. Демонстративно переспала с Мишаней, чтобы украсть ключ-карту. Ослепила меня фарами своего прадика, я его, кстати, только спустя полчаса определил.

— Теперь, когда нашли машину, стало понятно, что мой муж и Вика ходили к Крапивиной.

— Да, квиток Ника и Евгений К. Сама черная папка могла стать проектом ее извращенного мозга. Убиты все.

— Думаю, Армана мы найдем где-нибудь утром, — сказал Серов.