Сибирский. Детектив. Бракованные

Денис полгода жил с ней в студенчестве и даже знакомился с ее родителями. В отличие от Иринки, которая запала в сердце журналиста на долгие годы, Вика была той девушкой связь с которой хотелось поскорее забыть — было что-то в ней липкое и неприятное. Ему все время казалось, что это не он снял Вику, а она его. Но самое главное, он чувствовал, что она распознает его странную мимику — врать ей не получалось. После того как они расстались Денис почувствовал сразу облегчение и постарался вычеркнуть бывшую из жизни насовсем. Каждое ее появление вызывало в нем протест и животный страх.

Сибирский нехотя согласился принять Вику за стол, а вот датый холостяк Лирик приободрился. Девушка была со спортивной сумкой — она преподавала аквааэробику в местном фитнес-центре. Тело ее было прокачано, лицо — с бегающими немного дурными симпатичными зелеными глазами, светлые волосы собраны в пучок. Сиськи были небольшими, но пушап делал свое дело, и пьяненький Лирик, кажется, запал на нее. Его голос зафонил радиопостановкой, но Вика не велась.

— Тебя сегодня окружают только бывшие, — немного с досадой сказал Лирик, когда Вика пошла в курилку.

— И холодные, и горячие, — грустно подметил Денис.

— Она, кажется, тебя не забыла, — задумчиво протянул ди-джей и залил в себя остатки пенного.

Взяли еще. Вика вернулась. Лирик в красках рассказал, с каким заданием приехал Денис на родину. Девушка уже допивала пиво Лирика и чертовски быстро хмелела. Время подходило к полуночи, когда они вывалились на мороз. Трезвость наполнила легкие, взгляд вновь стал контрастным. Вика вцепилась в рукав Дениса, чтобы тот ни за что не ускользнул. Оказалось, ей по пути, и она нырнула в такси журналиста.

— Ты один в номере? — без раскачки сказала Вика, прижалась к рукаву и игриво посмотрела исподлобья.

— С оператором, — улыбнулся Денис.

— Но он же нам не помешает, — чуть подождав Вика добавила, — выпить бутылку мартини.

— О, я думаю он даже будет рад, но завтра нам в 6 утра вставать.

— Мне тоже. Можно, я у вас останусь. Так не хочется ехать на Иркутский. Мне в 8 утра опять здесь возле университета надо быть.

Как Денис и предполагал, Мишаня не спал. Он расплылся на кресле, тупя в телевизор. Бутылка виски была наполовину пуста. Войдя в номер, Денис полез в ноутбук, чтобы отправить необходимые запросы продюсеру. А Вика и Мишаня мешали горючее с колой. Три пропущенных от невесты крутили Сибирского изнутри, надо было ответить, но перезванивать сейчас совсем не хотелось. Денис ушел в ванную. Включил душ и принялся в телефон петь баллады. Он прокладывал невидимую нить любви по маршруту Москва-Томск и, кажется, невеста ему верила. Верил ли Денис своим словам? Трудный вопрос.

К 22:00 по Москве и 2 часам ночи по-местному Денис протрубил отбой. Вика ушла в душ. Мишаня почти мгновенно заснул. Репортер стоял перед кроватью и не знал, что делать: мысль о предстоящем сексе заставила его пошевелить мозгами. Вика была совсем не та девушка, ради которой стоило врать невесте. Да и вообще он не планировал изменять будущей жене. Ну может быть только в крайних случаях. Какие это были случаи мозг не знал, но объяснений, почему сегодня трахаться не надо, было предостаточно. Возможно, на решение повлиял и длинный день, доминанта сна переборола похоть. Сибирский еще постоял, подумал и поплелся вон из номера. Девушка на стойке регистрации после уговоров выдала спальное место. Когда Вика в одном полотенце вышла из ванной комнаты, Денис уже спал на раскладушке.

[1]под № 92 играет однофамилец майора Кузнецовой — хоккеист Евгений Кузнецов.

Серия вторая. Алиби

Серия вторая. Алиби.

Исходники/день 2/Томск. 23 декабря/Рыбы/ файл 20001

Кажется, он только сомкнул глаза, когда предательски затрезвонил будильник. В голове еще был вчерашний бузёж. Денис приоткрыл один глаз и сквозь длинные ресницы рассматривал в полутьме зарождающийся новый день. Ничего хорошего он не сулил — опять будут трупы, менты и слезы. Мишаня подскочил с кровати и выключил телефон. Свет от экрана упал на бутылку с водой. Даже в темноте было видно, как на лице оператора появилась блаженная улыбка. Он залпом осушил 0,33 и глянул на коллегу. В голове у Дениса дневальный прокричал: «Рота, подъем». Он медленно встал со скрипучей раскладушки, добрел до ванной и включил свет. Луч упал на кровать, на которой лежала Вика. Мишаня кинул похотливый взгляд на округлости танцорши и, с присущей укоризной краснодарского акцента, шепотом обозвал товарища полным идиотом.