Читаем Сияние славы самурайского сословия полностью

Наконечники самурайских стрел имели различную форму – в зависимости от того, для каких целей они были предназначены. Открытые, напоминающие ножницы, наконечники, использовались для разрезания шелковых или кожаных шнурков, скреплявших пластины неприятельских доспехов. Наконечник в виде большой деревянной репы со сквозными отверстиями, свистящий при полете стрелы, применялся:

1) для извещения богов-«ками» о том, что самурайское войско выстроилось к бою, который будет вестись, во славу богов, честно и достойно, по всем правилам рыцарского искусства (в этом случае свистящие стрелы нередко выпускались в небо – обитель верховных богов);

2) для подачи звуковых сигналов собственным воинам;

3) для устрашения неприятельских воинов и боевых коней.

Свои стрелы тогдашние «буси» носили в колчане («эбира»), с правой стороны, и они вынимались вниз, а не через плечо, как на Западе.

Что касается самурайских доспехов описываемой эпохи, то они выглядели следующим образом: составлявшие их пластины металла (или кожи) соединялись вместе, образуя гибкую эластичную полосу длиной около тридцати сантиметров. Эта полоса дополнительно обтягивалась кожей и лакировалась (во избежание коррозии металла). Несколько полос связывались вместе толстым шнуром-«одоси» из шёлка или кожи. Шнуров было несколько, они окрашивались в разные цвета (белый, красный, пурпурный, лиловый), что придавало доспехам «боевых холопов» весьма нарядный, живописный вид.

Весь доспех, в собранном виде, имел форму коробки. Три стороны этой коробки (передняя, левая и задняя) соединялись вместе. Под доспех «боевой холоп» надевал военный халат, украшенный, в зависимости от уровня его благосостояния, более или менее богатой вышивкой и помпонами (а под халат – нательную рубаху-«ситагэ»). При облачении самураев в доспехи сначала надевалась правая часть доспеха («вайдатэ»), которая плотно привязывалась под мышкой, через левое плечо. Тяжелые наплечники-«содэ» крепились к наплечным ремням шнурками или ремешками, а сзади они дополнительно притягивались к «агэмаки» – детали в форме креста, сплетенной из толстых шнуров (обычно окрашенных в красный цвет). «Агэмаки» подвешивали к специальному кольцу в верхней части спины. На груди «боевого холопа» располагалась особая кожаная пластина-«цурубасири» (это слово в буквальном переводе с японского на русский язык означает «путь тетивы лука»), облегчавшая скольжение тетивы лука при стрельбе и покрытая изысканным орнаментом. Перед этой нагрудной пластиной укреплялись две подвески для защиты шнуров, закрепленных на особых пуговицах. Над правой стороной груди самурая находилось нечто вроде миниатюрного наплечника («сэндан-но ита»), а слева – железная пластина, покрытая кожей («кюби-но ита»).

Кроме того, в комплект защитного вооружения японского «боевого холопа» эпохи Камакурского сёгуната входил своеобразный бронированный нарукавник под названием «котэ». Этот боевой нарукавник выглядел, как обычный холщовый мешок, усиленный с внешней стороны железными пластинками, надевавшийся поверх рукава нижней одежды (военного халата) и привязывавшийся под мышкой. Левый рукав военного халата (или боевого кимоно, «хитатарэ») не заправлялся в «котэ», а выпускался наружу и затыкался за пояс (вероятно, защита правой руки, в которой «буси» держал в схватке меч, считалась важнее, чем защита левой). Впрочем, судя по сохранившимся рисункам, некоторые самураи носили не один, а целых два бронированных нарукавника. Штаны-«хакама» (иногда также обшитые небольшими металлическими пластинками, бляхами или чешуйками) были широкими и мешковатыми, они заправлялись в поножи («о-татэаге-но-сунэатэ») в виде трех согнутых железных пластин, привязанных к ноге. Обувались самураи тех времен в военные башмаки или сапоги из черной или бурой медвежьей (а самые богатые «даймё» – даже из тигровой) шкуры (имитировавшие лапы медведей или тигров, порой – вплоть до когтей). Самые богатые представители самурайского сословия могли позволить себе даже ножны для своих мечей, обтянутые драгоценной шкурой тигра (но таких «военных щеголей» были буквально единицы). Впрочем, все зависело от материальных возможностей того или иного «буси». Некоторым «боевым холопам» (тем, что победнее) приходилось довольствоваться простыми соломенными сандалиями (как не принадлежавшим к самурайскому сословию пехотинцам-«асигару» из состава вспомогательных частей, великий час которых пробил лишь после появления в Стране Восходящего Солнца завезенного на японскую землю португальскими мореплавателями огнестрельного оружия). Хотя, согласно некоторым источникам, отдельные образцы огнестрельного оружия еще до прибытия португальцев попадали на Японские острова из Китая, но особого впечатления на сынов Ямато не произвели и попыток подражания у японцев не вызвали, видимо, вследствие своего технического несовершенства. Кроме того, самураи надевали толстые кожаные перчатки-«югакэ» для стрельбы из лука.

Перейти на страницу:

Все книги серии Документы и материалы древней и новой истории Суверенного Военного ордена Иерус

Белая гвардия Фридриха Эберта
Белая гвардия Фридриха Эберта

В нашей стране почти неизвестна такая интересная и малоизученная страница Гражданской войны, как участие белых немецких добровольческих корпусов (фрейкоров) на стороне русских белогвардейцев в вооруженной борьбе с большевизмом. Столь же мало известно и участие фрейкоров (фрайкоров) в спасении от немецких большевиков-спартаковцев молодой демократической Германской республики в 1918–1923 гг.Обо всем этом повествуется в новой книге Вольфганга Акунова, выходящей в серии «Документы и материалы древней и новой истории Суверенного Военного ордена Иерусалимского Храма», ибо белые добровольцы стали последним рыцарством, архетипом которого были тамплиеры — рыцари Ордена бедных соратников Христа и Храма Соломонова.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Вольфганг Викторович Акунов

Военная документалистика и аналитика
Божьи дворяне
Божьи дворяне

Есть необыкновенная, не объяснимая рассудочными доводами, притягательность в идее духовно-рыцарского, военно-монашеского, служения. Образ непоколебимо стойкого воина Христова, приносящего себя в жертву пламенной вере в Господа и Матерь Божию, воспет в знаменитых эпических поэмах и стихах; этот образ нередко овеян возвышенными легендами о сокровенных, тайных знаниях, обретенных рыцарями на Востоке в эпоху Крестовых походов, в которую возникли почти все духовно-рыцарские ордены.Прославленные своей ратной доблестью, своей загадочной, трагической судьбиной рыцари Христа и Храма, госпиталя и Святого Иоанна, Святого Лазаря, Святого Гроба Господня, Меча и многие другие предстают перед читателем на страницах новой книги историка Вольфганга Акунова в сложнейших исторических коллизиях, конфликтах и переплетениях той эпохи, когда в жестоком противостоянии сошлись народы и религии, высокодуховные устремления и политический расчет, мужество и коварство.Сама эта книга в определенном смысле продолжает вековые традиции рыцарской литературы, с ее эпической масштабностью и романтической непримиримостью Добра и Зла, Правды и Лжи, Света и Тьмы, вводя читателя в тот необычный мир, в котором молитвенное делание было равнозначно воинскому подвигу, согласно максиме: «Да будет ваша молитва, как меч, а меч — как молитва»…

Вольфганг Викторович Акунов

Христианство

Похожие книги

Архетип и символ
Архетип и символ

Творческое наследие швейцарского ученого, основателя аналитической психологии Карла Густава Юнга вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Данный однотомник сочинений этого автора издательство «Ренессанс» выпустило в серии «Страницы мировой философии». Эту книгу мы рассматриваем как пролог Собрания сочинений К. Г. Юнга, к работе над которым наше издательство уже приступило. Предполагается опубликовать 12 томов, куда войдут все основные произведения Юнга, его программные статьи, публицистика. Первые два тома выйдут в 1992 году.Мы выражаем искреннюю благодарность за помощь и содействие в подготовке столь серьезного издания президенту Международной ассоциации аналитической психологии г-ну Т. Киршу, семье К. Г. Юнга, а также переводчику, тонкому знатоку творчества Юнга В. В. Зеленскому, активное участие которого сделало возможным реализацию настоящего проекта.В. Савенков, директор издательства «Ренессанс»

Карл Густав Юнг

Культурология / Философия / Религиоведение / Психология / Образование и наука