Сияние славы самурайского сословия

Нобунага родился в 1534 году. Его отец, Нобухидэ Ода, был одним из «даймё» провинции Овари. Нобунага Ода был выдающимся человеком – целеустремленным, прозорливым, лишенным предрассудков, хладнокровным, вероломным и хитрым. Вдобавок он оказался гениальным полководцем. Самым главным врагом клана Ода был «даймё» Ёсимото Имагава. Разгром его войск в битве при Окэгасаме в 1560 году, при деятельном участии молодого Нобунаги, оказался событием, одинаково важным как для семейства Ода, так и для всей Японии. Подобно своему отцу Нобухиде, Нобунага Ода был убежденным сторонником введения в самурайских войсках новых военных технологий, что и продемонстрировал в 1553 году в ходе визита к своему тестю Досану Сайто. В свиту Нобунаги входили, между прочим, тысяча триста пехотницев-«асигару», восемьсот из которых были вооружены длинными копьями, а пятьсот – аркебузами-«тэппо». Досан Сайто не смог сдержать своего восхищения. По горькой иронии судьбы, самый успешный изо всех будущих завоевательных походов Нобунаги Оды был поход 1567 года, направленный против внука Сайто, у которого Нобунага в результате отнял замок Гифу. Совершив целый ряд удачных военных походов против крупных феодалов и сломив мощь влиятельных буддийских монастырей (обладавших многочисленными боевыми отрядами воинов-монахов, наподобие духовно-рыцарских Орденов средневековой Европы, и активно участвовавшие в междоусобных войнах), Нобунага сумел подчинить своей власти центр Страны Восходящего Солнца со столицей Киото. В борьбе с буддийскими монастырями Ода пользовался активной поддержкой католических миссионеров из Ордена иезуитов, проводивших, по поручению папского престола и своего генерала (глава римско-католического клерикального Ордена иезуитов, или, по-латыни, Societas Jesu, то есть «Общества Иисуса», официально именовался и именуется, подобно главам других клерикальных Орденов по сей день «генералом», а неофициально – «черным папой») в описываемый период активную миссионерскую деятельность в Китае и Японии, а заодно снабжавших своего подопечного всем необходимым. Нобунага Ода был не только крещен по обряду римско-католической церкви и не только брал с собой в походы христианских католических священников, громогласно восклицая: «Амен!» («Амен!» – латинский вариант формулы «Аминь!», от древнееврейского: «Да будет так!»), благословляя его на бой с «неверными». Эпизод такого благословения Нобунаги отцами-иезуитами вошел в знаменитый художественный фильм Акиры Куросавы «Кагэмуся» («Тень воина»). Нобунага носил на поле боя западноевропейские рыцарские доспехи и шлем с забралом, присланные ему в дар самим папой римским через короля Португалии. Как церковный, так и светский владыка «латинян» надеялись, с помощью Нобунаги, христианизировать далекую Японию, столь желанную для западных европейцев еще со времен Марко Поло, и тем самым подчинить ее своей власти). Ради этого он были готовы вооружить своего подопечного не известными ранее в Стране Восходящего Солнца, знаниями (особенно в области математики, физики и астрономии), а главное – огнестрельным оружием. Впрочем, вскоре искусные и оказавшиеся уже в те давние времена чрезвычайно восприимчивыми ко всему новому японские мастера-оружейники, взяв за образец западноевропейские аркебузы, наладили производство собственного огнестрельного оружия (об этом будет еще подробнее рассказано далее).

Кстати говоря, не всем известно, что первым японцем, окрещенным по римско-католическому обряду, был находившийся в бегах убийца. В 1546 году тридцатипятилетний самурай Андзиро скрывался от правосудия за убийство человека в драке. Скрываясь в торговом порту Кагосима, Андзиро познакомился с несколькими португальцами, которые сжалились над ним и тайно перевезли в Малакку, тоггдашнюю колонию Португалии. В период своего пребывания за границей Андзиро изучил португальский язык и принял Святое Крещение под именем Паулу ди-Санта-Фе, став первым японским христианином. Он также встретился со священником-миссионером Франциском Ксаверием, отправившимся летом 1549 года с Андзиро в Японию, чтобы основать там христианскую миссию. Но их попытка завершилась неудачей. Пути Андзиро и Ксаверия разошлись. Потерпев неудачу в Японии, иезуит-миссионер решил попытать счастья в Китае. Хотя Франциску Ксаверию и не удалось евангелизировать Японию, он, в конце концов, был причислен католической церковью к лику святых и покровителем христианских миссионеров. Андзиро же умер в полной безвестности и был совершенно забыт. По одной из версий, он даже закончил жизнь морским разбойником. Но это так, к слову…