Символическая история европейского средневековья

С географической точки зрения у гербов не было строго определенного места рождения, они одновременно появляются в разных областях Западной Европы: на территории между Луарой и Рейном, в южной Англии, Шотландии, Швейцарии, северной Италии, — и затем распространяются из этих очагов. В начале XIV века новая мода окончательно захватывает весь Запад и даже начинает продвигаться к востоку римско-католического мира (в Венгрию, Польшу). Распространение гербов в географическом и общественном пространстве сопровождается их распространением и в пространстве предметном: появляется все больше и больше артефактов, тканей, одежды, произведений искусства и памятников с изображением гербов; и здесь они выступают в тройной роли: в качестве знаков идентичности, знаков заказчика или обладателя, орнаментальных мотивов. Гербы становятся настолько привычной приметой общественной жизни, материальной культуры и мышления, что довольно рано, со второй половины XII века ими начинают наделять воображаемых персонажей: героев куртуазных романов и песен о деяниях, мифологических существ, персонифицированные пороки и добродетели, а также реальных людей, которые жили до появления гербов и которым задним числом приписывают эти новые эмблемы: выдающихся личностей греко-римской античности, библейских персонажей, королей, пап и святых раннего Средневековья.

С юридической точки зрения следует отметить одно весьма распространенное заблуждение, которое не имеет под собой никаких реально-исторических оснований: якобы правом на гербы обладала одна лишь знать. Никогда ни в одной стране ношение гербов не было исключительным правом какого-то одного сословия (илл. 17). Каждый индивид, каждая семья, каждая группа или общность всегда и везде были вольны выбирать себе гербы и использовать их так, как они считали нужным, при единственном условии — не присваивать чужие. В таком виде право на герб, оформившись в XIII веке, просуществует до Нового времени[587].

Фигуры и цвета

С самого момента своего возникновения гербы состояли из двух элементов: фигур и цветов, которые располагались на ограниченном пространстве гербового щита, форма которого могла быть разнообразной, даже если треугольная форма, унаследованная от воинских щитов XI века, и была наиболее распространенной. Цвета и фигуры на щите используются и комбинируются далеко не в случайном порядке. Здесь действуют пусть и немногочисленные, но строгие правила композиции, главное из которых касается использования цветов. Последних всего шесть: белый, желтый, красный, синий, черный и зеленый[588].Это абсолютные, теоретические, почти нематериальные цвета: их оттенки не берутся в расчет. Например, красный может быть и светло-красным, и темно-красным, и розоватым, и оранжевым — неважно; главное — сама идея красного цвета, а не ее материальное, цветовое выражение. То же самое и в отношении остальных цветов. К примеру, на французском королевском гербе, созданном, вероятно, в начале правления Филиппа Августа, — в лазоревом поле, усеянном золотыми лилиями, — лазурь может быть выражена с помощью небесно-голубого, синего, ультрамаринового оттенка, а лилии могут быть светло-желтыми, желто-оранжевыми или даже золотистыми: это не существенно и не несет никакого значения. Художник или ремесленник волен представить лазурь и золото так, как ему удобно, в зависимости от того, с какой поверхностью он работает, какие приемы использует и какие собственные художественные идеи хочет воплотить.