Системы мира и миры систем

При этом происходит и нечто еще более удивительное – в пространстве мышления человек становится абсолютно свободен, перестает зависеть от ограничений материального мира – пространства и времени. В воображении мы легко перемещаемся в пространстве и времени, анализируем те или иные механизмы протекания природных процессов, «рассматривая» атомы и элементарные частицы, мгновенно объединяя действие и его результат. Мы пробегаем мыслью от Большого взрыва до наших дней, создаем идеальный образ – гармоничного мира, героя или любимого человека, не используя для этого какой-либо материи. И к этому феноменальному результату природа пришла, совершив очередной шаг развития, продолжающий цепь всеобщей каталитической репликации, копирования, отображения. Преобразованием подобия связаны звездные системы в разных частях Метагалактики, а самопостройка кристаллов – ключ к самовоспроизводству жизни, которая, начавшись с копирования генетического кода, пришла к созданию в конечном итоге еще более изощренных механизмов копирования и саморазвития – таких как память и мышление. При этом принципиально важно, что благодаря принципу неопределенности Гейзенберга или еще более глубоким закономерностям, пока неизвестным, тождество оригинала и копии, совершенство репликации никогда не бывают абсолютными.

Как любое существо в природе, и человек, и общество существуют в некоторой среде, которую в той или иной мере копируют. Физическая среда создает оттиски для всех живых организмов и сама находится под их воздействием. При этом можно говорить о различных массивах или полях информации – заключенной как в самих организмах (на генетическом уровне, уровне импринтинга или реакций на раздражители), так и в структуре отношений организмов между собой и с окружающей средой. Эти массивы по смыслу являются совершенно различными воплощениями информации, и если мы говорим о реакциях, то подразумеваем один массив, а если говорим о структуре отношений в животном мире или в человеческом обществе, то имеем в виду совершенно иные и разнящиеся по использованию информационные массивы.

Сам по себе запас информации – еще не показатель для анализа, поскольку, во-первых, вся регуляция в природе основана на регистрации изменения сигнала (чувствительность рецепторов падает при росте сигнала логарифмически – по закону Фехнера) и, во-вторых, иерархия структурных уровней материи ярко проявляется в конечности, ограниченности информационных массивов, используемых животными и человеком для участия в игре под названием «жизнь». Поэтому информация разных уровней иерархии несопоставима при одинаковом объеме. Для сравнения нужны показатели типа КПД или эффективности использования первичной, «сырой» информации, однако правила нормировки (приведения информации к единому знаменателю) для сравнения разных уровней пока не разработаны. Кроме того, отметим такой важный частный случай неточного копирования, как свертка массива информации, когда малое число бит (символов, единиц информации) отражает целый массив «свернутой» информации. Например, хруст ветки может (в зависимости от контекста) служить и сигналом-предупреждением о хитроумной засаде и/или сигналом для начала охоты на неосторожного зверька. Светофор – в нем всего 3–5 бит информации, но какими потоками транспорта он управляет! Так же и формулы (говорим ли мы о фигурах речи или о формулах в математике) могут нести в себе либо массу эмоциональных оттенков и оценок, либо квинтэссенцию целой науки.[17]

Проблема организации

Эволюционные изобретения, связанные с интенсификацией энергетических процесов, увязываются с изменениями в процессах информационного обмена, т. е. с изменением отношений. Совокупность изменения отношений между существами, участвующими в эволюционном процессе, представляет обобщенную задачу описания развития в области живой природы – как развития отношений между организмами. Эволюционный процесс может быть представлен как поиск, наряду с другими вариантами более совершенной организации, как совершенствование наиболее сложного межорганизменного взаимодействия – системы отношений. Об этом думал еще Чарлз Дарвин, посвящая одну из глав своего основного труда теории организации.[18]

Видимо, именно эта глубинная черта, фундаментальное стремление участников процесса к совершенствованию отношений, проявилась во многих религиях и учениях как поиск гармонии, единства человека с другими людьми и с природой. Это не значит, однако, что гармония обязательно достигается: например, хорошо известны попытки насильственно облагодетельствовать весь мир – от коммунизма с его идеей мировой революции, до терроризма в поисках «всемирной справедливости».