Сказочные истории. Часть 1

Соня, прикрыв ладошкой глаза от солнца, стала смотреть вверх. Над ними высоко в небе, почти не взмахивая крыльями, легко и плавно летела крупная чайка. И вот она, сделав один поворот, потом ещё один, почти вертикально ушла вниз и оказалась на камне рядом с Кузей. Готовая вступить в бой, сильная, смелая, красивая, с белым опереньем, а на спине и крыльях с голубовато-серым, причем концы этих перышек оканчивались черными точками.

— Какая ты красивая, Матвеевна, — сказала Соня.

Чайка удивленно и грозно посмотрела на Кузю.

— Успокойся, родная, — сказал ей Кузя. — Соня хорошая девочка. Она пришла к нам в гости. Ты же знаешь, она живет недалеко от нас.

Матвеевна внимательно взглянула на Соню и сказала ей:

— В гости — это хорошо. Я часто наблюдаю за тобой, когда ты ходишь по берегу и поешь песни.

— И я слышу тебя, Матвеевна, каждое утро слышу, и всегда говорю своему брату Паше, что это ты пытаешься его разбудить.

— Нет, я не Пашу бужу. Это я напоминаю Кузе, чтобы не загулялся и не забыл меня сменить.

— Иногда я слышу, как ты хохочешь, — сказала Соня.

— Бывает и такое. Вы же смеетесь, и нам тоже бывает смешно.

— Ну ладно, дорогие мои, теперь я полечу ужинать, а вы уж без меня как-нибудь обойдётесь, — сказал Кузя и был таков.

— Как здорово, — воскликнула Соня, видя, как легко и красиво он несется вдаль. — Посмотри, посмотри, Матвеевна! В небе Кузя похож на серебристую птицу.

— Мы не просто похожи, мы и есть серебристые чайки. Так назвали нас давным-давно за удивительный цвет наших перьев.

— Удивительно у вас все. Счастливые вы, малейшая опасность, и вы под облаками, и весь мир под вами. Куда захотели, туда и полетели

— Да, Соня, мир нам открыт. Если пожелаем, то полетим в гости к нашим сородичам на берег северного океана, там всегда льды и холодно. Есть у нас родственники и в жарких странах, и на морских островах.

— Плохо, что человек не может, как вы, летать.

— Почему же не может? У вас есть большие железные птицы, они могут перелететь весь земной шар и не устанут.

— Это ты говоришь о самолетах, Матвеевна?

— Ну, конечно. И мы никогда не сможем их догнать, они летают быстрее всех птиц на свете.

— Ты что, завидуешь самолетам?

— Не завидую, но думаю о них, когда лечу на зимовку.

— Вы далеко улетаете?

— Нет, тут рядом, на берег Балтийского моря.

— А почему здесь не остаетесь?

— Остались бы, если б вода не замерзала. Зато возвращаться близко, появятся первые проталины, и мы уже здесь.

— А почему именно сюда вы возвращаетесь? Почему не летите в жаркие страны, на морские острова?

— Потому, что здесь родились. Здесь наша родина. Здесь наш дом. Все чайки знают наше место и никогда его не занимают. Иногда наше гнездо сохраняется, и мы его чуть поправляем. А бывает, приходиться строить заново.

— А что, вам места мало на берегу, почему вы живете на таком маленьком острове?

— А чем он плох? Отсюда все видно. Как только незваный гость начинает подбираться, мы уже наготове.

— Кто же к вам может пожаловать в гости без приглашения?

— Если бы в гости, как ты, например, мы были бы только рады. Но есть у нас и враги.

— Враги?! Да кто же это?

— В первую очередь лисица. И вода для нее не преграда. Но пока она плывет к нам, мы уже готовы к бою: нападаем, клюем, бывает, и в глаз попадаем. Поэтому побаивается нас лиса. Хочет она полакомиться чаячьим мясом, но не решается плыть на островок. А еще не дружим мы с ястребом, совой и вороной. С ними у нас вечная борьба. И будь наше гнездышко в травке на берегу, к нему подобраться труда не составит любому из наших недругов.

— Как же так, и ворона, и ястреб, и сова, они ведь птицы. Разве птицы могут быть врагами птиц?

— Ах, Соня, откуда нам знать, почему и кто их сделал нашими врагами. Но стоит только нам зазеваться, и они тут как тут. Воруют наши яйца, гнезда утаскивают в воду. Поэтому мы с Кузей и летаем по очереди. Нельзя оставлять гнездо, там ведь наши детки.

— Детки?

— Да, вот же они, — Матвеевна чуть привстала с гнезда, и Соня увидела три довольно крупных яйца. Один был голубого, а два других — коричнево-оливкового цвета.

— Но это же просто яйца!

— Вот из них-то и вылупляются наши детки. Мы греем их с Кузей по очереди и днем, и ночью. Кстати, скоро у нас появятся птенцы.

— Матвеевна, позови меня обязательно, когда они появятся, я хочу на них посмотреть.

— Позову, — улыбнулась Матвеевна, — я их сама жду с нетерпением.

— Они, наверное, крохотные?

— Маленькие да удаленькие. Пуховички. Через два-три дня они уже бегают и плавают, все видят и слышат, и чуть опасность — быстро к воде и уплывают. Порой мы с Кузей долго разыскиваем их.

— Вот здорово, я тоже иногда прячусь от мамы и папы, только Паша знает, где я.

— А что это Паша каждое утро сидит на берегу и держит палочку в руках?

— Это не палочка, а удочка. Он ею ловит рыбу. Иногда он так много ловит рыбы, что мама устает ее чистить.

— Зачем же она ее чистит?

— Чтобы есть.

— Разве без этого нельзя?

— Ну как же жарить или варить рыбу с чешуей?

— Вы варите рыбу?

— Да, мама ее варит.

— У нас все проще: мы ловим рыбу и съедаем ее вместе с чешуей. У вас другие порядки и привычки.