Скифы: исчезнувшие владыки степей

Тем не менее, даже оставшись в одиночку, скифы около 496–495 гг. до н. э. все же совершили набег на персидские владения. Однако направили они его не в Азию (для этого у скифов не было достаточно сил), а в принадлежавшую персам часть Фракии. Перейдя через Истр, скифы уничтожили находившуюся во Фракии 80-тысячную персидскую армию и дошли до Херсонеса Фракийского. Не надеясь удержать город против скифов, тиран Херсонеса Мильтиад (тот самый, который в свое время предлагал грекам разрушить мост и оставить армию Дария на растерзание скифам) в страхе бежал. Вернулся обратно в город он лишь после отступления скифов.

Относительная вялость скифского возмездия персам объяснялась просто. Основной военной целью скифов в эти десятилетия на рубеже VI–V вв. до н. э. становятся земли на севере и на востоке. Развал союза с большинством соседних племен побудил паралатов к активным действиям по расширению непосредственных границ Скифского царства. Именно тогда скифы включают в число зависимых от себя «скифов-пахарей» земледельцев Поворсклья, а также окончательно покоряют Поросье. Археологически это отмечено сожжением нескольких тамошних городищ.

Однако главной целью скифских вторжений на рубеже VI–V вв. до н. э. становятся земли на северо-западе, совершенно неизвестные Геродоту и населенные племенами лужицкой культуры. Современные учёные полагают, что лужицкая культура была создана древним индоевропейским племенем венетов, оставивших позднее своё имя в наследство славянам.

Первый вал скифского вторжения обрушился на земли венетов ещё несколькими десятилетиями раньше, при переселении сигиннов в Подунавье. Оседание сигиннов на Тисе и Дунае мира венетам не принесло. И отсюда, и из юго-восточной лесостепи некоторое время разорительные набеги в лужицкие земли ещё продолжались. Впрочем, отмечаются и какие-то мирные сношения скифов с лужицкими племенами. Основной ударной силой вторжения тогда и позже были те же сигинны, но участвовали и племена правобережной лесостепи, и степные скифы. В глубине венетских лесов последние оседать вовсе не собирались — для них вторжение являлось чисто грабительским. Серия походов и набегов продолжалась несколько десятилетий. Верховья Буга и Днестра в это время отчасти запустевают — местные «скифы-пахари» сдвигаются на запад.

Скифы брали штурмом и сжигали сопротивлявшиеся им лужицкие грады, истребляли венетов подчас без разбора пола и возраста. На стороне завоевателей было организационное превосходство — кочевники имели единую власть и легко координировали действия с подвластными племенами. Разрозненные вождества лесных земледельцев были заведомо слабее. Волны нашествия достигли на севере среднего течения Вислы, а на западе — Одры. Лужицкой культуре был нанесён удар, от которого она так и не сумела оправиться. Начался закат венетской эпохи в Центральной Европе.

Последствия скифского вторжения для венетов оказались катастрофичны. Основные ремесленные центры были разорены или заброшены, немалая часть населения изгнана с насиженных мест. Падение многих градов привело к разрушению и политической жизни. Даже в областях, совершенно не затронутых скифскими набегами, археология отмечает поступательную деградацию, упадок культуры. Не исключено, что завоевателям на время удалось прервать торговлю по знаменитому Янтарному пути — что тоже сказалось на достатке и культуре венетов. В этих условиях начавшееся расселение с севера отдалённо родственных племён поморской культуры особого сопротивления не встретило. В этих племенах, смешавшихся в итоге с лужицкими венетами, с наибольшим основанием видят первых более или менее достоверных предков славян.

Во время своего движения на юг ранние славяне неизбежно сталкивались со скифами и сигиннами. Именно приход с севера многочисленных, неплохо организованных и воинственных переселенцев остановил разорительные скифские набеги в лесную полосу. К длительной лесной войне со свежими силами врага кочевники явно готовы не были.

Кратковременный контакт с южными завоевателями оказал некоторое, довольно скромное, воздействие на складывающийся праславянский язык. Последний пополнился небольшой группой скифских заимствований. Большая часть из них имеет то или иное отношение к скотоводству. Это «гуня» (одежда из овчины), «пан» (скотовладелец, богач), «хорна» (корм, фураж — от иранского «еда»), «кот» (закут для скота), «обачить» (следить, приглядывать). К скотоводческому хозяйству имело касательство и слово «рай» с первоначальным значением «благополучие, (даруемое свыше) богатство». Из заимствований иной тематики отмечены «хмель» и «конопля» — коим в иранской культуре придавалось важное ритуальное значение.