Скорый ветеринарный лечебник. Полный справочник по диагностике и лечению собак и кошек

В моей практике случаи истинной эпилепсии у собак обычно заканчивались смертью животного в возрасте 3–4 лет, редко в 7–8 лет. Вместе с хозяевами мы всегда пытались найти закономерность в частоте припадков и их зависимость от внешних факторов: следили за погодой, фазой луны, магнитными бурями и т. д. Несомненно определили одно — судороги обязательно случались перед резкой сменой атмосферного давления и у самок — за 2–3 недели до начала течки. Владелец больного животного видит приближение припадка практически лишь за 1–2 минуты до его начала и едва может успеть влить в пасть противосудорожное средство или хотя бы валокордин — в его составе есть фенобарбитал, который способен купировать судороги, но в каплях его слишком мало, и эффект выражен слабо.

Единственный случай неясных судорог и развившейся дискоординации, который я наблюдала 12 с половиной лет, доказывает, что иногда все же можно помочь животному и оно проживет долго. Первый приступ у полуторагодовалой боксерши Наяды случился ночью, так что хозяйка даже не поняла, что за стук раздался в коридоре. Затем судороги повторились днем, стали набирать частоту и повторялись примерно 2–3 раза в неделю. Противосудорожная терапия мало что дала, а со временем у собаки появилась еще странная манера «клевать носом». В 2–3-летнем возрасте она была еще в состоянии самостоятельно попасть носом в тарелку и схватить кусок, но постепенно и это простое действие перестало получаться у жизнерадостной и неунывающей пациентки — владелице пришлось кормить ее с руки. Кроме того, шаткость походки, которая наблюдалась в возрасте 3–4 лет, перешла в полную дискоординацию движений: прогулка боксерши по длинному коридору напоминала попытки неопытного пассажира пройти по палубе корабля при сильной боковой качке. К шести годам Наяду валяло и швыряло как хорошо подвыпившего матроса на набережных Марселя, но жизнерадостность ей не изменяла: собака упорно пробиралась сквозь невидимые бури, которые закручивали ее тело волчком. Прожил этот феномен ветеринарии 12 лет исключительно благодаря терпению своей хозяйки, которая пестовала и носила питомицу на руках. Единственное лекарство, которое снимало начинающийся приступ судорог, — реланиум, почему-то объявленный препаратом «за семью печатями», в результате чего раздобыть его даже остро нуждающимся очень непросто. Цена — копейки, но на кону жизнь. Что было у этой загадочной собаки — растущая опухоль мозжечка, последствия стерто прошедшей чумки или что иное, я не знаю до сих пор.