Карликового пуделя в Люблино я знала, как говорится, с пеленок. Перекупавшись однажды в холодном пруду, песик выдал к ночи высокую температуру, что сильно напугало его хозяев, попросивших меня приехать к неудачливому пловцу. Добравшись до этого района далеко за полночь и проблуждав по темным дворам добрых полчаса, я наконец нашла нужный мне шестой корпус, обегав предыдущие пять. На улице в два часа ночи не было ни души, номера домов не горели, и только слабый луч моего фонарика освещал лестницу наверх — свет отключили во всем микрорайоне. Поднимаясь пешком на 11-й этаж, я проклинала тот день и тот час, когда мне пришла в голову мысль стать ветеринаром. За дверью холла стояла пугающая тишина — звонки не работали, а от попыток колошматить в дверь в третьем часу ночи меня удерживал врожденный инстинкт самосохранения. Потоптавшись перед препятствием, я все же решилась постучать в стекло — но дверь неожиданно поддалась, и я ступила в еще больший мрак общего коридора на четыре квартиры. Которая из них моя? Лихорадочно перемножая в уме количество этажей на число квартир, я добралась до нужной мне цифры и посветила на предполагаемую дверь. Номера не оказалось. Пошарив лучом по остальным проемам, я наконец вычислила вход. Но вопреки моим ожиданиям за этой дверью также царила гробовая тишина, и ничто не указывало на суету и нетерпеливое ожидание вызванной ветеринарной помощи. Собравшись с духом, я поскребла по дерматину. И о радость! За дверью тут же раздался тоненький заливистый голосок, принадлежавший явно мелкой собачке. Поздравив себя с достигнутой целью, я прождала еще долгих пять минут, прежде чем мне открыли дверь. «А мы думали, вы не приедете так поздно! — встретила меня заспанная хозяйка со свечой в руках. — Мы дали по вашему совету таблетки собаке и легли спать, так как света все равно не было». В те благословенные годы, когда не существовало мобильной связи, ни я, ни хозяева не могли связаться друг с другом иначе, как по городскому телефону. А как отыщешь ночью блуждающего по темным кварталам ветеринара? Но были в том времени и свои плюсы: не приходилось, например, весь день (и ночь) отвечать на звонки любознательных владельцев животных, настигающие современного Айболита круглосуточно — даже в редкие часы благословенного отдыха. Этот визит был всего лишь одним из длинной череды ночных вояжей, которые совершают доктора за всю свою нескучную жизнь.
Разобравшись с ушами маленького песика, я назначила недельный курс таблеток и компрессов, который с должным усердием провела молодая хозяйка собачки, весьма предусмотрительно поступившая в медучилище. Периодические обострения отита мучили бедолагу всю сознательную жизнь, пока не привели к окончательной глухоте в 14 лет. Собачку лечили всеми доступными средствами — благо в доме был дипломированный медработник. Безропотного пациента кололи антибиотиками, капали и мазали уши, делали блокады и ставили свечи как в прямую кишку (противовоспалительные), так и в ухо (вытягивающие). Процедуру с горящими ушными свечами собачка переносила стоически — стоило лишь накинуть ей темную ткань на глаза, оградив от вида так близко полыхающего факела, как она послушно замирала на столе. При этом остальные члены семьи на подобное цирковое шоу реагировали весьма эмоционально. Несомненный эффект от красочного и безболезненного действа заставил главу семейства опробовать этот метод на себе. Успешно очистив свое ухо от плотных серных пробок, хозяин окончательно уверовал в волшебную силу искусства и ставил ушные свечи безропотной пациентке по поводу и без. Бессловесная животина долгие годы терпела все фокусы, в которых ее заставляли принимать участие, и дожила (правда, глухой) до глубокой старости — 19 лет.
