Сладкозвучный серебряный блюз. Золотые сердца с червоточинкой. Холодные медные слезы

— Чья бы корова мычала! Слушай, старый плут, что там со Слави Дуралейником? Может, расскажешь, на случай если я не вернусь? Не хочется отдавать концы в неведении.

«Рассказать человеку, который идет во дворец Владычицы Бурь? Нет, Гаррет. Вот вернешься, тогда поговорим».

В принципе он был прав.

Я без необходимости напомнил Дину, что дверь нужно запирать на все замки, и мы с Амбер вышли на улицу.

48

Я решил заглянуть по дороге к Летти Фаррен. Наверно, зря. Иногда невежество гораздо предпочтительнее знания.

Охранник меня знал. Ему было известно, что хозяйка Гаррета недолюбливает, поэтому он попытался остановить нас. У него ничего не вышло. Когда мы очутились внутри, Амбер застыла как вкопанная, не веря собственным глазам.

Я и сам изумился не меньше.

Заведение не работало, чего на моей памяти не случалось никогда. Меня охватило беспокойство. Я миновал бармена с уборщиком, не обратив ни малейшего внимания на крики: «Стой! Куда прешь?» — и бросился в конуру, которую Летти именовала своим жилищем.

Мне хватило одного взгляда.

— Оставайся в коридоре, — велел я Амбер.

Летти Фаррен попыталась испепелить меня взором, но не смогла — не сумела разжечь огонь. Выглядела она ужасно, вся в синяках и кровоподтеках; лицо женщины выражало ужас.

— Чодо? — спросил я.

Летти с трудом кивнула.

— Сказала бы мне сразу, где Донни, ничего бы с тобой не случилось.

Она просто посмотрела на меня — должно быть, так, как смотрела на головорезов Чодо. В мужестве старушке Летти не откажешь.

— Я теперь работаю на Рейвер Стикс. Честно говоря, я тебе не завидую. Оказаться между Владычицей Бурь и Чодо Контагью…

— Гаррет, мне не в чем было признаваться им и нечего рассказывать тебе. Если хочешь, приводи сюда Старую Ведьму. Я и ей повторю то же самое.

— «Нечестивый бежит, когда никто не гонится за ним»[4]. Поправляйся поскорее.

Когда мы подходили к двери, Амбер спросила:

— Почему ты оставил меня в коридоре?

— Потому что Донни Пелл нужна не только мне. — Я решил ничего не скрывать. — У Летти побывали мои конкуренты, которые пытались выбить из нее местонахождение нашей подружки.

— Выбить?

— Вот именно. Суровые ребята. Между прочим, мне начинает казаться, что ты — единственный приличный человек во всем Танфере.

— Гаррет, ты плохо меня знаешь. — Амбер нервически захихикала. — Честно говоря, ты тоже ничего.

Если так, значит она меня вообще не знает.

49

У ворот дворца нас встретил незнакомец с повадками отставного солдата.

— Как отдохнули в солнечном Кантарде?

— Как обычно, мистер Гаррет, — ответил он не моргнув глазом. — Из рук вон. Владычица Бурь ожидает вас в зале для приемов. Мисс да Пена покажет дорогу.

— Спасибо. Кстати, как насчет Коуртера?

— В смысле?

— На цветы или на венок не скидываетесь? Я готов войти в долю. Ведь его убили, когда он шел ко мне.

— Мы еще не прикидывали, мистер Гаррет, но обязательно дадим вам знать, когда решим. Вы не против?

— Ни в коем случае. Еще раз спасибо.

Когда мы отошли на такое расстояние, что привратник уже не мог нас слышать, Амбер сказала:

— Видишь? А ты утверждал, что приличных людей в Танфере не осталось.

— Это всего-навсего циничная попытка завоевать дешевую популярность.

— Как скажете, мистер Гаррет.

Рейвер Стикс приняла меня в полутемном помещении размером с комнату Покойника. Она сидела, прикрыв глаза, настолько неподвижная, что я даже испугался. Неужели мы потеряли очередного члена почтенного семейства?

Нет. Глаза открылись и нацелились на меня. Я увидел перед собой не грозную Владычицу Бурь, а усталую пожилую женщину.

— Садитесь, мистер Гаррет. — Рейвер Стикс вдруг преобразилась, как оборотень в полнолуние. — Амбер, на твоем месте я бы закрылась у себя в комнате, но, если ты боишься расстаться с мистером Гарретом, можешь поприсутствовать при нашем разговоре.

Да, пожилая женщина стала Владычицей Бурь — но все же осталась заботливой матерью.

Амбер села рядом со мной, и я, пользуясь тем, что Рейвер Стикс не видит, пихнул девушку под столом ногой.

— Спасибо, мама. Я действительно не хотела бы пока расставаться с мистером Гарретом.

Вот так. Зачастую все, что требуется для того, чтобы быть вежливыми друг с другом, — присутствие постороннего человека, в глазах которого не хочется выглядеть глупцами.

— Дело твое. С кого вы хотели бы начать, мистер Гаррет?

— С домины Даунт.

— С Уиллы Даунт, — поправила Владычица Бурь. — Она лишилась своего титула, поэтому к ней следует обращаться по имени.

— Вам виднее, госпожа. Так или иначе, я предпочитаю начать с нее. Затем мы побеседуем с вашим мужем и, если понадобится, со слугами.

— Стоит ли опускаться до таких мелочей?

— Может, и не стоит. Однако в расследовании, как известно, решающую роль нередко играют именно мелочи.

— Знаете, мне хочется карать всех подряд, а уж боги пускай разбираются, кто виноват, а кто нет.

Порой у меня возникало подобное желание в отношении наших правителей. Правда, следуя совету Покойника, я не стал признаваться в этом Владычице Бурь.

— Понятно.

— Мы с Амбер вам мешать не будем?