Читаем Славянские древности полностью

Варны (Vamavi, Vamabi) – племя, обитавшее к востоку от ободритов на реке Варне; так же, как и ободриты, они не заходили на юг дальше реки Эльды и Плавского (Plauer See) и Мюрицкого (Mtiritz) озер. На западе от ободритов сидели вагры и полабяне. Вагры (Wagri, Wagiri) занимали большую часть Голштинии: занимаемая ими территория простиралась от моря и Травны вплоть до Эдгоры (Eider), к Неймюнстеру и к Сегебергу. Далее шли лишь отдельные поселения, тянувшиеся вплоть до линии Рендсбург – Эльсмгорн. Остров Фемарн (Fehmarn) также занимали вагры. Еще в XII веке источники упоминают на земле вагров ряд округов (pagus), среди которых Суселци (Susie) и округ Плун, центром которого являлось сильно укрепленное поселение (нынешний Plon). Однако главным укрепленным пунктом вагров был Старгард-Адленбург, нынешний Ольденбург в Голштинии.

Полабы (Polabi) жили по течению Лабы, откуда и их название, являвшееся, по-видимому, собирательным для ряда мелких племен, к которым принадлежали смолинцы (Smeldingi), обитавшие у устья Эльды, ветничи, или бетенчи12, и племя, населявшее округ Mintga; оба последних племени обитали рядом с линянами.

Неясно, к ободритам или лютичам следует отнести большое племя древан, занимавших левый берег Эльбы вплоть до линии Гамбург – Целле – Брауншвейг – Гельмштедт – Магдебург. В центре земли древан протекала река Иесна (нынешняя Иетцель), на которой остатки славянского населения удержались наиболее долго, вплоть до середины XVIII века (см. с. 158). Древнее имя Drawaina (Dravehn) сохранилось до сих пор в области между Люховом (Luchow) и Олыпиной (Uelzen). В остальном же источники упоминают племя древан только один раз – в грамоте Генриха II от 1004 года (Drevani).

Велеты, или лютичи. Велеты были сильным племенем, следы которого мы, по всей вероятности, находим уже во II веке у Птолемея под названием Ούέλται (III.5.10). Правда, они на его карте помещены значительно дальше к востоку, где-то за Вислой, на прусском побережье; это объясняется тем, что либо Птолемей был плохо информирован о местности за Вислой, либо – и это наиболее вероятно – велеты в доптолемеевский период обитали еще дальше на восток и в новые области на Эльбе, где о них уже говорят документальные источники, попали позднее, когда началось общее продвижение славян на запад и когда германцы во II–IV веках покинули восточную Германию.

В ΙΧ-ΧΙ веках велетами (Veiti, Veleti, Veletabi) называлась главным образом группа из четырех племен, обитавших между областью ободритов и Одером. Это были хижане, черезпеняне, доленчане и ратари, союз которых характеризовался прежде всего общим культом богов и общим храмом в исстари известной Ретре. Наименование Velti, видимо, связано со славянским корнем Vel – magnus (см. русское волот), но некоторые полагают, что оно не славянское и дано не славянами. Однако одновременно с этим названием в источниках появляются и другие, явно являющиеся синонимом приведенного наименования13, например, вилъцы, то есть волки (древнеславянское влък, польское wilk, множественное число witci), или же Lutici, то есть потомки Люта (от древнеславянского лютъ – жестокий). Черты национального характера велетов, по крайней мере в той степени, в которой они известны нам по историческим памятникам, действительно совпадают с этими эпитетами.

Велеты всегда характеризуются источниками как самый мужественный и самый воинственный славянский народ14, и этой характеристике они обязаны прежде всего проводившейся ими с VIII по XII век упорной борьбе против германского господства и насаждения среди них христианства. Ни один славянский народ не вел в то время такой упорной, ожесточенной борьбы с немцами. Отсюда и возник эпитет Vilci (волки), Lutici (лютичи), поэтому они упоминаются чаще других и поэтому наименование «вельт» проникло и в скандинавские саги, и в русские былины, в которых народная традиция сохранила его в значении великана15.

Если учесть роль, которую в XI и XII веках играли эти славянские племена на Балтийском море, то весьма вероятно, что колонии велетов могли проникнуть и в более отдаленные страны, как, например, в Голландию, где о них, например, напоминает Beda16 oppidum Wiltorum неподалеку от Утрехта. Однако одно лишь сходство наименований при отсутствии других данных еще недостаточно для того, чтобы сделать такой вывод. В еще большей степени это относится к отзвукам наименования вельтов, встречающимся в Англии17.

Перейти на страницу:

Все книги серии Традиция, религия, культура

Философские диалоги
Философские диалоги

Эту книгу мы посвящаем памяти Джордано Бруно – великого философа, поэта, ученого эпохи Возрождения. Во времена, когда непреложной догмой было то, что звезды прикреплены к небесному своду, а Земля – центр неподвижной безжизненной вселенной, Бруно говорил о Едином, Божественном Начале, которое одухотворяет, наполняет жизнью все в бесконечной, вечно трансформирующейся Вселенной, о бесчисленных живых мирах…В книге представлены два философских диалога Джордано Бруно – «О Причине, Начале и Едином» и «О бесконечности, вселенной и мирах», – в которых звучат основные идеи его философии.Завершается сборник трудом «О героическом энтузиазме», посвященным пути Энтузиаста, подлинного героя, и любви к Истине как движущей силе философского поиска и жизненного подвига самого Бруно.

Джордано Бруно

Культурология / Философия / Религиоведение / Образование и наука
История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла
История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла

Тема таинственных рыцарей тамплиеров исключительно популярна у российского читателя. На этот раз мы предлагаем вашему вниманию весьма интересный труд, написанный Чарльзом Дж. Аддисоном, историком и юристом, барристером Кента, членом Внутреннего Темпла – и в какой-то мере наследником традиций и духа тамплиеров.Книга включает подробную историю ордена, с его создания до истории преследования и гибели тамплиеров. Отдельная часть посвящена истории ордена тамплиеров в Англии и Шотландии, в том числе рассказывает о дальнейшей судьбе тамплиеров, их общин и главной лондонской резиденции – Темпла.Книга Чарльза Аддисона не только написана увлекательно и читается как исторический роман, но и является ценным историческим источником, поскольку автор широко цитирует труды средневековых и более поздних историков и хронистов. Перевод: Е. Бергер

Чарльз Дж. Аддисон

История / Образование и наука

Похожие книги

Архетип и символ
Архетип и символ

Творческое наследие швейцарского ученого, основателя аналитической психологии Карла Густава Юнга вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Данный однотомник сочинений этого автора издательство «Ренессанс» выпустило в серии «Страницы мировой философии». Эту книгу мы рассматриваем как пролог Собрания сочинений К. Г. Юнга, к работе над которым наше издательство уже приступило. Предполагается опубликовать 12 томов, куда войдут все основные произведения Юнга, его программные статьи, публицистика. Первые два тома выйдут в 1992 году.Мы выражаем искреннюю благодарность за помощь и содействие в подготовке столь серьезного издания президенту Международной ассоциации аналитической психологии г-ну Т. Киршу, семье К. Г. Юнга, а также переводчику, тонкому знатоку творчества Юнга В. В. Зеленскому, активное участие которого сделало возможным реализацию настоящего проекта.В. Савенков, директор издательства «Ренессанс»

Карл Густав Юнг

Культурология / Философия / Религиоведение / Психология / Образование и наука
Бить или не бить?
Бить или не бить?

«Бить или не бить?» — последняя книга выдающегося российского ученого-обществоведа Игоря Семеновича Кона, написанная им незадолго до смерти весной 2011 года. В этой книге, опираясь на многочисленные мировые и отечественные антропологические, социологические, исторические, психолого-педагогические, сексологические и иные научные исследования, автор попытался представить общую картину телесных наказаний детей как социокультурного явления. Каков их социальный и педагогический смысл, насколько они эффективны и почему вдруг эти почтенные тысячелетние практики вышли из моды? Или только кажется, что вышли? Задача этой книги, как сформулировал ее сам И. С. Кон, — помочь читателям, прежде всего педагогам и родителям, осмысленно, а не догматически сформировать собственную жизненную позицию по этим непростым вопросам.

Игорь Семёнович Кон

Культурология
Древний Египет
Древний Египет

Прикосновение к тайне, попытка разгадать неизведанное, увидеть и понять то, что не дано другим… Это всегда интересно, это захватывает дух и заставляет учащенно биться сердце. Особенно если тайна касается древнейшей цивилизации, коей и является Древний Египет. Откуда египтяне черпали свои поразительные знания и умения, некоторые из которых даже сейчас остаются недоступными? Как и зачем они строили свои знаменитые пирамиды? Что таит в себе таинственная полуулыбка Большого сфинкса и неужели наш мир обречен на гибель, если его загадка будет разгадана? Действительно ли всех, кто посягнул на тайну пирамиды Тутанхамона, будет преследовать неумолимое «проклятие фараонов»? Об этих и других знаменитых тайнах и загадках древнеегипетской цивилизации, о версиях, предположениях и реальных фактах, читатель узнает из этой книги.

Борис Георгиевич Деревенский , Энтони Холмс , Мария Павловна Згурская , Борис Александрович Тураев , Елена Качур

Культурология / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Детская познавательная и развивающая литература / Словари, справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии