Слезами горю не поможешь

Сам факт его свободного поведения в личных апартаментах Раэля, наталкивал на неприятные мысли, но я разумно предпочла держать их при себе, попутно обдумывая пути к отступлению. Медленно отдернув мокрую ткань, повертела головой в поисках путей спасения и, не придумав ничего примечательного, бросилась к выходу из этого недружелюбного помещения. Аркан, незаметно сомкнувшийся на моей ноге, резко дернул, затягиваясь на голой лодыжке. Тело, более неподвластное мне, рухнуло как подкошенное на пол, а глаза, внимательно наблюдающие за стремительным приближением поверхности, просто закрылись, предчувствуя болезненный удар. Воздушная подушка возникла как нельзя, кстати, поймав в свои мягкие объятия головушку одной неосмотрительной дамы. Не успела обрадоваться, как с бешеной скоростью заскользила в сторону к безумно довольному черному индивиду. Скользя голым задом по мраморной плитке, я верещала, ругаясь в голос, одной рукой придерживая сорочку, другой — цеплялась за мрамор, надеясь удержаться, закончить это невероятное скольжение, что, впрочем, выходило не очень — ногти скрипели по гладкой поверхности, издавая протяжный противный звук, идеально аккомпанируя воплям. Наконец, скольжение прекратилось, и, приняв вертикальное положение, слегка пошатываясь и кряхтя, я воззрилась на этого довольного гнуса. Терпение лопнуло, и совершенно опрометчиво, более не пытаясь учесть последующей реакции, и как следствие — наказания, резко вскинула руку, пытаясь дотянуться до наглой морды, или хотя бы до шеи — если не тресну, то, может быть, поцарапаю, отомщу за свою поруганную честь. Замерла, ощутив на своей шкуре действие заклятия «призрачной сети». Простенькое такое заклятие, золотистой дымкой окутавшее тело, подобно невесомой шали, заставляя жертву застыть в нерешительности, любое движение внутри кокона могло привести к плачевным результатам. Паутина, при малейшем движении, стягивала пространство, в котором находилась жертва, и подобно огромному пауку высасывала все жизненные силы, выкачивая попутно и магию. Снять заклятие было не сложно, только вот очень страшно, любой неверный шаг мог привести к плачевным результатам. И я, наконец, вспомнив о магии, принялась за дело, тихонько вздрагивая от переполнявших эмоций. Слава духам, знаний хватило. Тонкая золотистая паутинка, набирая цвет, пульсировала и разрасталась на глазах, закрывая обозримое пространство собой, лишая воздуха и доступа солнечных лучей. Боясь не справиться, я все громче и громче выкрикивала заклинание противодействия, стараясь не шевелить губами, впрочем, как и всем телом. Паутина увеличилась в размерах, перетянутая нитями заклятья, набухла и лопнула, как тысяча мыльных пузырей, окатив бедную магичку прозрачной слизью. Вот только такого украшения не хватало шелковой, мятой, мокрой строчке. Я стояла в огромной луже слизи и методично перебирала ногами, ощущая негодование и обиду на весь мир и на медведика, в частности. Вот где носит этого мага, когда меня обижают и мучают. С другой стороны, куда запропастился мой гордый и независимый нрав, если я, вот так просто, стою, сложив ручки, и жалею себя, не желая бороться, пусть не победить, но изрядно нагадить этому наглому субъекту! Все, пора брать себя в руки, ну или быка за рога — это как посмотреть. Я подняла взгляд на притихшего индивида, и чуть не подавилась собственным ядом, прикусив язык — он ржал, по-девичьи прикрывая ладошкой рот, сотрясаясь в беззвучных судорогах. Вот и пришёл конец моему терпению, покладистости и спокойствию. Голубые глаза медленно, но верно наливались кровью, а руки сами, методично повторяя сложные пассы, сплетали заклятье, одно из сложнейших и доступных мне.

— Хочешь поиграть, детка? — довольно сказал чёрный маг и подмигнул.

— Нет, что ты, разве я могу, — и кинула простейший огненный шарик, необходимый мне для привлечения внимания.

Играючи, маг отбил подарочек и захлопал в ладоши, показывая какого он мнения о моих магических способностях. Впрочем, другого я не ожидала, поэтому преспокойно улыбаясь, наблюдала за остатками магического шара, которые скромненько так набухали, восставая из пепла, и тихонечко разрастались над головой, слава духам, не моей. Одно движение рукой и куски слизи обрушились на одну непомерно наглую рожу, возомнившую себя пупом вселенной. Явно не ожидая такой подставы, чёрный маг не сразу понял суть происходящего. Когда-то чёрный плащ выглядел не лучше моей сорочки, опять же, слизи я не пожалела, от души напитав магические нити и вовремя разрушив мираж. Маг замер, медленно поднял голову и злобно уставился на меня, судя по ожившим желвакам на его лице, прибывая на стадии бешеной ярости, приготовился мстить за поруганную честь, совсем как я недавно. И тут, медленно стекая с капюшона, противная густая слизь, как в замедленной магпленке, растягиваясь как большой слизень, из последних сил стараясь не поддаться силе притяжения, упала с противным смачным хлюпом на нос «величайшему магу всех времён и народов».