Слезами горю не поможешь

— Началось все с моей очередной попытки к бегству. Поймали, вернули. Отец так озверел, что впервые орал на меня, и я не отставала. Сильная магиня, избалованная единственная дочь, выросшая без матери, я никогда не знала отказа, а тут решили мою судьбу, даже не спросив, внезапно и без объяснений. Будущий жених знакомиться не торопился. Сопроводив меня в его замок, так и оставили в одной из гостевых комнат. Не долго думая, попыталась сбежать, и вот тогда меня, без ведома отца, просто посадили в тюремные казематы, расположенные под замком. И забыли на пару дней, якобы для того, чтобы пар выпустила. Кормили, правда, хорошо. И вот, значит, сижу я на прогнившем противном матрасе, грязная и чумазая, злая как тысячу чертей, и готовлю речь муженьку будущему. Ручки в предвкушении потираю. И вот тут-то и началось самое интересное. В камеру соседнюю дверь отворилась и захлопнулась с характерным треском. От страха стало нечем дышать, но все же любопытство не порок в данном конкретном случае. Тихонько встала и к прозрачной решетке подошла, взглянула и вскрикнула. Тело мужчины распласталось в самом центре камеры. Магические решётки имелись только в двух соседних камерах. В моей и соседней. Материал для изготовления дорогой, вот женишок и решил сэкономить, построил их рядом с общей полупрозрачной перегородкой. Стою и наблюдаю за телом, видимых повреждений нет, но и дыхания не слышу. Испугалась, конечно, и, кажется, расплакалась. Спустя пару часов тело пошевелилось, медленно встало. Это был Варан, так и познакомились. Я ему помощь пообещала, а он мне. На мне, в отличие от ведьмака, наручников не было, преградой к свободе были только решётки камеры, магию изолирующие, ну и полы. Видимо, вспомнив про меня или ощутив беспокойство из-за соседствующего со мной индивида, женишок в этот же день с утра решил перевести невесту в более удобную камеру, точнее, в комнату, под охрану. Я, нарочито медлительно, изображая хромую кобылицу, выползла за пределы камеры и бабахнула заклинанием. Несчастный охранник, не обладающий магией, застыл как вкопанный. Таких действий никто не ожидал, ведь в одиночку покинуть замок возможным не представлялось, поэтому смысла в сопротивлении не было. Меня ж в назидание в тюрьму посадили — власть свою показать. Я же открыла решетку, освободив Варана, и мы вместе покинули негостеприимное жилище. Его силы хватило, чтоб преодолеть магическую защиту вокруг замка. Преспокойно выбрались и даже почти расстались друзьями, если б не мой язык. Стоим мы, значит, на развилке, ему в одну сторону, мне в другую. Прощаемся. И тут я брякнула, уж не знаю, кто за язык тянул. Речь произнесла, что-то типа, спасибо за избавление от женишка подлючего. Варан весь напрягся, глаза сузились, и вместо благодарности на моих руках появилось украшение — наручники, те самые, что украшали ранее его руки. Пробормотав под нос ругательства, Варан потащил меня по лесу, как военнопленную. Позже узнала, что с муженьком моим будущим, они смертельные враги.

Потом меня на пару дней в городе оставили, и я сбежала. Выбраться, оказалось, очень просто. В городке Аранделе живёт мой родной дядя, а бегать быстро я умею. Через пару дней прибыл отец, злой и явно не в духе. Подробности рассказать побоялась и про Варана ничего не сказала. Поговорив по душам, снова отправил к женишку, наручники снять отказался. Они, кстати, редкость большая. Путешествовала я не долго, внезапно лошадь понесла, не успев оглянутся, оказалась в мешке, а после в лапах Варана, довольного и счастливого, как никогда.

— Вот это да!? А я-то думаю, кто у нас самый злодейский злодей, вот и есть на кого всю вину свалить, — засмеялась, взглянув в разнесчастные глаза подружки. — Эми, ты просто глупышка, нельзя же во всем винить только себя, только из-за твоей помощи врагу, на тот момент, который им не являлся!

— Я с ним переспала! — воскликнула она неожиданно, густо покраснев.

— Стась, не знаю как объяснить. Но когда тебя увидела, все изменилось. Такая злость внутри проснулась, жизнь изменить захотелось и показать ему, что он мне не хозяин и рабыней по доброй воле не буду, как овца на заклание не пойду.

Прыснула, не удержалась:

— И как же моё появление… Как же тебя в кровать к нашему великому ведьмаку занесло.