Слезами горю не поможешь

Ревность, съедающая меня все это время, дала выход, яростным вулканом, выплескиваясь на поверхность. От пережитых чувств и эмоций, немного потрясывало, а мысли об их совместной ночи с Синари наталкивали на желание скорой расправы, жажда которой отчётливо проступала в моих глазах. Из небольшой искры гнева и недовольства, под действием негативных эмоций, разгорелось пламя, которое невозможно потушить. Я, дав выход эмоциям, сотрясая воздух ругательствами, двинулась на Раэля, грозно размахивая руками. Этот хитрый маг спокойно стоял и наблюдал за процессом, не высказывая каких-либо чувств, просто молча слушал, не пытаясь перебить гневную речь. Вконец выдохнувшись, подняла глаза и взглянула на этого гада, надеясь услышать какие-нибудь оправдания, даже замолчала, дабы ничего не пропустить. Ответом была тишина. Сразу накатила усталость и осознание, что я не имею никаких прав на медведика, даже на выяснение отношений и проявление ревности, Раэль не мой и никогда не будет моим. Тяжело вздохнула и тихонько прошептала:

— А говорил: «Моя».

Он услышал. Замер, как от удара молнией и печально покачал головой. Плавно подошёл и обнял.

— Я чуть не поседел, когда не обнаружил тебя у развалин дома недоучки-мага. Опоздал на несколько минут, как впоследствии выяснилось. Мы стояли с Синари, вспоминая былые деньки нашего общего прошлого. Твой котяра забавно терся у ног. Я нагнулся его почесать и отдернул руки, чёрная бестия зашипела и с немыслимой скоростью рванула в сторону, куда несколько минут назад ушла ты. Подоспели мы вовремя, точнее совсем не вовремя. От дома остались одни головешки. С помощью магии подоспевшая Синари обнаружила твоё тело. Я думал ты мертва, — печально вздохнул и продолжил, — Глупая, взбалмошная девчонка! Тебе не понять! Всю душу мне вывернула, так погано я себя чувствовал только…

— Когда обнаружил меня на льдине, — услужливо подсказала я. Наверное, это было ошибкой. Раэль Медведь просто взбесился. Злобно посмотрев в мои глаза, резко размахнулся и ударил в стену, позади меня. Решив не останавливаться на достигнутом, схватив первую попавшуюся посуду, приготовленную явно для романтического вечера, недолго думая, превратил все в осколки. Бешеным взглядом, обозревая окрестности в спальне шейха Рэма, невидящим взглядом натолкнулся на хрупкую фигурку, жавшуюся к стене, подальше от боевых действий. Взглянул уже осмысленно и, плавно двигаясь, направился ко мне, схоронившейся в углу. Только сейчас я заметила бледность, необычную для яркого загорелого лица магистра, впалые щеки и странный мерцающий взгляд.

— Издеваешься, значит, — тихо протянул мне. — Ты принадлежишь мне, никому не под силу этого изменить. Так что привыкай к роли моей рабыни. Ты спрашивала в предыдущую нашу встречу, какая роль уготовлена тебе на острове по возвращении. У меня было достаточно времени подумать… — как приговор произнёс Раэль. — Рабыня! Подстилка для постельных утек, — зло выкрикнул он. — Отныне вся твоя жизнь пройдёт на острове, а именно в моей спальне, — добавил. — Я не отпущу тебя никогда, слышишь? Слышишь! Слышишь! — крикнул Раэль, прижимая меня к себе.

— Я не знала, ничего не знала, — тихо прошептала, почувствовав запоздалое раскаяние. — Даже предположить не могла, что они инсценируют мою смерть, чтобы запутать след. У тебя есть кровь, ты мог бы найти меня по ней, магия крови не врёт…

— На территории Ведьминого леса, почти не действует магия, — успокаиваясь, произнёс Раэль. Граница леса непреодолима для заклятий. Тем более, я был не в том состоянии… Знаешь ли, я… скорбел, — плавно двинулся ко мне.

Что-то заподозрив, медленно отступила назад. А там была только стена. Раэль настиг меня и яростно впился в губы, выплескивая свой гнев, ярость, свою боль. Он не целовал, а жалил, причиняя боль. Обнимал, с хрустом сжимая моё полуобнаженное тело в своих руках. Но в какой-то момент, все изменилось. Движения стали плавными, а губы нежными. Прерывистый вздох вырвался из моего рта, и я, поддавшись чувствам, прекратив сопротивление, обняла медведика и ответила на поцелуй…

Приятная нега разлилась по всему телу. Слабость в теле и лёгкое дыхание по соседству с моим ушком, напомнило о прошедшей ночи — сладкой сказочной ночи с моим медведем. Но как и всякая сказка, волшебная ночь закончилась, а осознание произошедшего ударило, как молот по наковальне, приводя в сознание, возвращая с небес на грешную землю. Резко распахнув глаза, я пыталась вскочить, но мне не дали, удерживая твёрдой тёплой рукой.

— Сладкая моя, ты куда-то собралась? — раздалось рядом.