Словен и Рус

Кстати, Н. П. Лихачев предложил свою датировку Радзивиловского списка именно на основании ПОЛЬСКИХ источников. Эта датировка до сих пор признается историками. Лихачев писал: «Для определения времени написания Радзивиловского списка обратим внимание на номера 3864 и 3857 … Обе филиграни ЗАИМСТВОВАНЫ КАК РАЗ ИЗ ПОЛЬСКОГО СБОРНИКА ПЕКОСИНСКОГО, который первый знак зарисовал из документов 1486 года, а второй из документов 1495 года» [490:0], ч. 1, с. 456.

Основываясь на мнении Пекосинского о датировке пары якобы «древних» польских документов – древность которых, как мы теперь понимаем, была, скорее всего, просто вымышлена историками – Лихачев делает вывод: «Судя по бумаге, время написания Радзивиловского списка должно быть отнесено с наибольшей вероятностью к последнему десятилетию XV века» [490:0], ч. 1, с. 456.

Заметим, что Лихачев предлагает свою датировку Радзивиловской летописи как «наиболее вероятную», а вовсе не как доказанную датировку. Однако позднейшие историки все сомнения отбросили. Они якобы уже «точно» знают, что Радзивиловский список был написан именно в конце XV века. Хотя, во-первых, датировка бумаги, на которой написан список, XV веком, скорее всего, неверна. А во-вторых, при желании подделать летопись «под древность», вполне могли воспользоваться запасами старой бумаги. Как нам сообщили очевидцы, запасы чистой «бумаги XV века» до сих пор хранятся в московских архивах. Поэтому даже сегодня, при желании, можно изготовить «подлинный документ XV века», написанный на такой же бумаге, как и Радзивиловская летопись.

1.5. История обнаружения и первой публикации «Повести временных лет»

Радзивиловский список «Повести временных лет» был обнаружен раньше всех других списков этой летописи. Остальные списки были изготовлены романовскими фальсификаторами уже на основе Радзивиловского списка, а затем объявлены якобы «еще более древними», см. подробности в нашей книге «Новая хронология Руси». Об обнаружении Радзивиловского списка известно следующее:

<<В 17 веке рукопись принадлежала представителям рода Радзивилов (отсюда – название). В 1696 году по завещанию Б. Радзивила в составе его книжного собрания попала в Замковую (Дворцовую) библиотеку Кенигсберга … В 1697 году к рукописи проявил интерес царь Петр I, прибывший в Пруссию в составе «Великого посольства» 1697–98 годов>> Большая Российская Энциклопедия https://bigenc.ru/domestic_history/text/3488814.

«В 1713 году, проезжая через Кенигсберг, Петр заказал копию с Радзивиловской летописи, включающей миниатюры. По этой копии начал занятия русским летописанием В. Н. Татищев; М. В. Ломоносов также занимался русской летописью сначала по этой же копии. Сам оригинал был доставлен в Петербург … и в 1761 году передан в библиотеку Академии Наук» [716], с. 4.

А. Л. Шлецер писал: «В. Н. Татищев … в 1719 г. получил один список Нестора из кабинета Петра (то есть копию Радзивиловской летописи, изготовленную для Петра I в Кенигсберге – Авт.), который он тотчас переписал для себя … в 1720 г … Татищев был командирован в Сибирь … Тут он нашел у одного раскольника очень древний список Нестора. Как он удивился, когда увидел, что он СОВЕРШЕННО ОТЛИЧЕН от прежнего! Он ДУМАЛ, как и я сначала, что существует ТОЛЬКО ОДИН Нестор и одна летопись» [979], с. 52–53.

<<В конце 1750-х годов рукопись была привезена в Москву для сверки перед ее публикацией, задуманной М. В. Ломоносовым. Осталась в России в связи с началом Семилетней войны 1756–63, передана на хранение в Библиотеку Петербургской Академии Наук. Впервые опубликована в 1767 году (подготовка после смерти Ломоносова завершена И. С. Барковым и И. И. Таубертом). В 1994 году осуществлено факсимильное издание текста с миниатюрами>> Большая Российская Энциклопедия https://bigenc.ru.

Таким образом, Шлецер – один из творцов нынешней версии русской истории – полагал, будто бы существует только одна Несторова «Повесть временных лет» – а именно та, которая изложена в Радзивиловском списке. Более того, так же думал и «первый русский историк» Татищев. И лишь съездив в Сибирь, Татищев к своему удивлению обнаружил другой «очень древний список Нестора», который был «совершенно отличен» от Радзивиловского списка. Значит, ни Татищев, ни Шлецер не были знакомы с Русским летописцем, с которого и были списаны (с существенными искажениями) первые главы «Повести временных лет». Иначе бы они не могли думать, «что существует только один Нестор и одна летопись».

Но как могло случиться, что «основатели русской истории», ничего не знали о Русском летописце – довольно распространенной в их время летописи, от которой до нас дошло более двух десятков списков? Получается, что-либо они были очень плохо знакомы с русским летописанием своего времени, либо просто не считали нужным читать русские летописи, предпочитая летописи польского происхождения.