Слово о полку Игореве — подделка тысячелетия

В предисловии к книге А. А. Зимина, опубликованной в 2006-м году, более чем через четверть века после ухода из жизни ее автора, О. В. Творогов, как бы продолжая указанную статью о жизни и творчестве А. А. Зимина и отдавая дань научному подвигу выдающегося ученого, пишет: «А. А. Зимина нельзя упрекнуть в том, что какая-либо из проблем «слововедения», существенная для решения вопроса о датировке и атрибуции памятника, обойдена его вниманием. Его книга – наиболее полный свод возражений защитникам древности «Слова», и без ответа на все доводы и сомнения А. А. Зимина нельзя, на мой взгляд, в дальнейшем бестрепетно рассуждать о времени создания памятника. Но если аргументация автора – самого основательного из «скептиков» – окажется неубедительной, то это будет означать, что у скептического отношения к древности «Слова» осталось мало шансов на будущее… Должен признать, что, прочитав книгу А. А. Зимина, я не изменил своего взгляда и по-прежнему считаю «Слово» памятником древнерусской литературы»[283].

Когда писались эти строки, уже была опубликована книга академика А. А. Зализняка, подтвердившего пророческие слова О. В. Творогова, что у сторонников скептического отношения к древности «Слова» не просто «осталось мало шансов» считать Ивана (Иоиля) Быковского автором «Слова о полку Игореве», но и любого другого просвещенного человека середины XVIII века, если не будет доказано каким-то чудесным образом, что такой гений все-таки существовал.

В предисловии к 3-му изданию книги автор поставил перед собой проблему разрешения весьма непростой задачи: «Если верна версия вторичности (неподлинности) «Слова о полку Игореве», то возникает дополнительная дилемма: создавалось ли «Слово» как обычное литературное произведение или с замыслом ввести общество в заблуждение относительно его происхождения. То есть как подделка. Тем самым версия вторичности подразделяется на: а) версию о простой имитации (не предполагающей какого-либо обмана); б) версию о поддельности, уточнив эту задачу следующим образом: автор…XVIII века, пожелавший воспеть в древнем стиле поход XII века и заимствующий при этом целые пассажи из сочинения XV века, мог восприниматься только как стилизатор, а если он не открывал своего авторства и выдавал свое сочинение за древнее, то уже как мистификатор (что равносильно фальсификатору)[284].

То есть если автор «Слова» жил и творил во второй половине XVIII века (А. А. Зализняк называет его Анонимом, в отличие от общепринятого термина «скептик»), то, согласно принятому автором определению, Аноним является однозначно мистификатором (фальсификатором), поскольку имя его и по сей день неизвестно. Таким образом, из рассмотрения исключается такой, на первый взгляд совершенно неправдоподобный вариант, когда Аноним одновременно является и стилизатором, и мистификатором. Действительно, в одном лице эти два качества совместить невозможно, но Зализняк невольно сам опровергает свое же собственное утверждение, что Аноним непременно должен позиционироваться как фальсификатор, интерпретируя основную идею сочинения А. А. Зимина следующим образом: «…“Слово” – сочинение архимандрита Спасо-Ярославского монастыря Иоиля Быковского (1726—1798 годы), задуманное не как фальсификат, а как стилизованное сочинение на историческую тему, которое впоследствии А. И. Мусин-Пушкин решил выдать за древнее»[285]. Но поскольку в своем сочинении Зализняк убедительно доказывает, что Иоиль Быковский в принципе не мог создать подобную стилизацию, но в какойто степени участвовал совместно с А. И. Мусиным-Пушкиным в продвижении рукописи «Слова» из небытия к публикации сначала в виде рукописной «Екатерининской копии» (1894 год), а затем в виде печатного издания (1800 год), то стилизатором должно быть третье, неизвестное и поныне лицо, а «коллективным» фальсификатором – Иоиль Быковский и граф А. И. Мусин-Пушкин. Такой вывод напрашивается сам собой, поскольку в выше названных публикациях «Слова» было обнаружено свыше трехсот разночтений, что указывает на то, что в течение 4 лет со дня появления «Екатерининской копии» владелец рукописи А. И. МусинПушкин не без участия Иоиля Быковского (до самой смерти в 1898 году) продолжали работу по «совершенствованию» стилизованной под древность рукописи неизвестного автора. Кто он?!

Для выявления этого лица уже недостаточно аргументации подобно той, что использовал А. А. Зимин для признания Иоиля Быковского автором «Слова», поскольку силой аргументов, приводимых А. А. Зализняком в своем сочинении, наложено научно-обоснованное табу на появление любой другой кандидатуры, способной осуществить подобную стилизацию.