Смех сфинкса. Танец обсидиановой бабочки

– Мы все вместе играем в одном спектакле жизни, – ответил Захи.

– До Египта я подобное считала красивой легендой, а сейчас верю, что такое могло быть на самом деле.

– И что же тебе раскрыло глаза?

– Со мною такое происходит здесь, что и не расскажешь. Подруги парижанки сказали бы, что я шизанулась.

– А у тебя просто расширилось сознание.

– Жалко, что о его философии не говорят, и об этом мало кто знает. А вот Моисея и Иисуса знают все.

– Так Иисус сорок лет обучался у египтян, а Орфей только двадцать, значит, что-то не доучил, – высказала предположение Лия.

– Мы тоже учимся в Египте, и будем такие, как Орфей и Христос? А, Захи?

– Время покажет, Орнелла, чему вы научитесь. Но, так или иначе, вам уготована судьба носителей Света.

– И через много веков обо мне тоже будут также вспоминать, как об Орфее?

– У тебя нет лиры, поэтому из тебя Орфей не получится, – улыбаясь, проговорил Саша, – да и сражаться не с кем, нет жриц Гекаты.

– А ты что-то о них знаешь?

– Есть такая книга «Таис Афинская» русского писателя Ивана Ефремова. В ней описаны их оргии.

– Расскажи, – заинтересовалась Орнелла.

Но все туристы уже собрались, подошел водитель, и народ стал рассаживаться по местам.

– Саша, приходи вечером, договоришь, – пригласил Пьер.

Несмотря на то, что Орнелла шла рядом, Саша как-то отодвинул ее в сторону и пропустил Лию вперед, усаживаясь рядом. У Орнеллы это оставило неприятный осадок, и она решила на обратном пути взять реванш. Автобус прибыл в Фивы. Здесь некогда соседствовали храмы богов с роскошными дворцами вельмож, домами египетской знати, садами редкостных деревьев и искусственными каналами и озерами. Над землей величаво восставали статуи царей в полный рост, в небо вонзались золоченые иглы обелисков и купола расписных башен. Весь город утопал в пышной зелени тамарисков, сикимор и финиковых пальм. Сквозь зелень проглядывали аллеи со сфинксами по обеим сторонам.

– Во времена правления Хатшепсут здесь было прекрасно. Египет был на апогее своего расцвета. Он достиг небывалого могущества. Покоренные народы везли сюда благовония, вина, кожу, слоновую кость. Соседняя Нубия просто-таки засыпала Египет золотом. Это величие было создано по желанию ее величества женщины-фараона Хатшепсут, – Захи окинул взглядом то, что осталось от величия. – Через несколько лет после смерти Хатшепсут ее преемник Тутмос III уже где-то в середине срока своего правления стал рьяно уничтожать все, что говорило о царствовании «фараона Мааткара». Это имя она себе взяла еще при жизни отца. Почему Тутмос III не сделал это сразу же после восхождения на трон, остается загадкой. Он приказал построить стену в зале ее отца в Карнаке, вокруг ее обелисков, которая закрыла имя царицы и сведения о том, что она воздвигла их. На стенах ступенчатого храма были уничтожены и ее имя, и ее изображения. В Абидосе, в храме Сети I, в списке фараонов нет ни ее имени, ни имени Эхнатона. Но вот ирония, как ни старались современники изъять их имена из хроник, они стали самыми известными у потомков.

Кстати, в эпоху царствования Хатшепсут был очень распространён салат – прародитель распространённого у русских салата «оливье». Он и сейчас известен под названием «Салат по-египетски».

– Я всегда его делаю к столу на Новый год, – похвалилась Лия. – Мелко нарезанные кусочки отварной курятины смешиваются с зелёным горошком и отварной морковью, натёртой на крупной тёрке. Только я ещё майонез добавляю для остроты. Давно знала, что он египетский, но не знала, что его любила Хатшепсут. Теперь буду называть «Салат от Хатшепсут».

– Россия с Египтом породнилась не только салатом. Как вы думаете, откуда идёт исконно русское, как считается, пьянство на Новый год?

– Неужели тоже из Египта? – воскликнуло сразу несколько голосов. – Ну, нет! Это наше! Русское!

– Из Египта. Во всём мире до недавнего прошлого считали, что переедать и перепивать в ночь под этот праздник русская традиция, а оказалось, что корнями она уходит в Египет. Стало известно, что опять-таки во времена царствования Хатшепсут пьяная встреча первого дня года продолжалась и растягивалась на целый месяц.

– Ну, у нас месяц не пьют, – возразил Саша, а поразмыслив, добавил: – но праздники до половины января идут друг за другом. Действительно… а я никогда не задумывался над этим. А почему так?

– У египтян были на то веские причины. Существовала легенда, что однажды богиня войны и палящего солнца Сехмет решила погубить всё человечество, наслав на него болезни. Она обладала таким даром. Но бог солнца Ра не позволил ей осуществить свой коварный план, напоив до такого состояния, что она забыла о своих намерениях. В честь этого египтяне отмечают первый день нового года, как день спасения человечества, напиваясь до беспамятства.

– А чем они напивались? У них же не было русской водки и шампанского, из которого мы делаем коктейль «Огни Москвы»? – спросил один из туристов.

Все засмеялись, зная последствия этой гремучей смеси.

– Египтяне умели варить очень крепкое пиво ещё в древние времена.