Смоленские кривичи. Держава на Днепре

Возможен крайне осторожный вывод, что какие-то славяне уже переселились в верховья Днепра после аварского нашествия, но этот вывод очень зыбок для того, чтобы отождествить культуру длинных курганов с кривичами. Перед нами не кривичи, а в лучшем случае некие разрозненные славянские роды, перемешанные с балтами. Либо (и мы склоняемся к этой мысли) – просто балты.

Согласимся с крайне взвешенным мнением Л.В. Алексеева, который говорит о заселении Смоленщины так: «О бесспорно славянских племенах здесь можно говорить лишь с IX в. То были кривичи, “иже сѣдять на верхъ Волги, и на верхъ Двины и на верхъ Днѣпра”, как говорит летопись» (Алексеев Л.В. Смоленская земля в IХ – XIII вв. Смоленское княжество: территория, заселенность, границы). Отметим важный вывод, сделанный Алексеевым: бесспорно говорить о приходе славян в верховья Днепра можно лишь с IX века. В крайнем случае эту датировку следует ненадолго удревнить, и тогда мы получим конец VIII века, что, видимо, соответствует перевороту против Помпилиуша Хотышко в Великой Польше и бегству трех племен на восток – радимичей, вятичей, кривичей.

Главным из них было, несомненно, племя вятичей. Летописец полагает, что название произошло от имени князя Вятко, или Вячко, но на самом деле перед нами – вятшие, «лучшие» люди: лидеры союза племен. Может, из них и происходил Помпилиуш Хотышко? Падение Помпилиуша означало конец власти вятичей в союзе лехитов. Кстати, лехиты

 – это тоже «лучшие» люди, родовая знать. Потерпев поражение в Великой Польше, вятичи и их друзья отправились на поиски новой родины.

Но чтобы понять расстановку сил, нужно обратиться к описанию восточных славян.

Южнее полесских болот расселились древляне – ветвь союза «склавинов». После гибели дулебов древляне обрели независимость и управлялись «светлыми князьями» – скорее всего, выборными лидерами. Последним из этих светлых князей был летописный Мал во времена Игоря Старого и Ольги Святой.

Кроме того, видим загадочное племя полян

на Днепре. Кто они в этническом смысле? Шведы, если принимать на веру теорию норманистов? Или это славяне, росичи, если верить домашним патриотам? Письменный источник можно толковать по-разному. Летописец недостаточно ясен в своих объяснениях.

Л.Н. Гумилев предложил компромиссную версию, согласно которой поляне – это те, кто ходит полевать, богатыри. Следовательно, перед нами вообще не этнический термин, а название «профессии». Источниками эта версия не подтверждена, но в летописях есть не всё.

Примем как рабочую версию: за камуфляжем «полян» скрываются «русы», и эти русы – не славяне, но потомки ругов, германцы. Сперва это «готская стража» на Днепре, затем – войско аварского кагана, вовремя предавшее славян.

В Восточной Европе жили и другие славянские племена. Это прежде всего северяне вокруг Сновска – родового поселка, который был тогда культовым и политическим центром племени. Л.Н. Гумилев считает, что северяне – это сабиры, древнее угорское или самодийское племя, распространившееся от Сибири до Предкавказья. По мнению ученого, часть сабиров, поселившаяся на Десне, ославянилась и приняла имя северян.

Волынь занимали волыняне; в нынешней Молдавии и Бессарабии жили тиверцы

. Все эти племена образуют самый древний пласт славян. Их легко узнать по окончаниям -яне, -ане, -цы. Единственное исключение – словене, которые переселились на берега Ладожского и Ильменского озер довольно поздно, может быть, даже одновременно с переселением кривичей, радимичей и вятичей. Словене – это племя, сложившееся из различных родов полабских славян. Примерно в VIII столетии они высаживаются на берегах Невы, куда прибыли морем, и поселяются в Старой Ладоге. Надо полагать, перед нами – переселенцы-неудачники, подобные древнегреческим колонистам, искавшим счастья вдали от своей метрополии. На берегах Ладожского озера мигранты утратили полабские племенные названия и поменяли их на новое имя – словене, чтобы противопоставить себя местным неславянским жителям.

Из Ладоги словене начинают завоевательные походы на финские племена (чудь), которые переселились в эти места на пару столетий раньше. Заметим мимоходом, что это развитие событий не оставляет места для скандинавов в русской истории. У скандинавов происходили сходные процессы выселений, переселений и взаимной борьбы. Но подробности этих событий, увы, неизвестны. Саги – источник еще более ненадежный, чем легенды о Кие, внесенные в русскую летопись, или предания о Ромуле, заботливо обработанные Титом Ливием. Большую путаницу внесли скандинавские националисты в XIX веке, на основе саг «удревнив» первые скандинавские королевства и отнеся их начало к VI веку; ровно то же самое сделали с Киевской Русью наши ученые, даже датировки совпадают. Но скандинавскую «ересь» западные европейцы освятили и ввели в состав академической науки, а к исследованиям русских ученых относятся не просто пренебрежительно: их не замечают.