Смутное время в Москве

Наконец доведенные до отчаяния поляки вступили в переговоры, требуя сохранить им жизнь, что и было обещано. 26 октября из Кремля были выпущены бояре — князь Федор Иванович Мстиславский, князь Иван Михайлович Воротынский, Иван Никитич Романов с племянником Михаилом Федоровичем и другие. Последние дни обороны они находились под охраной, на положении заложников (Мстиславский едва не стал жертвой грабителей, ворвавшихся в его палаты). Завидев выходящих бояр, казаки подняли крик, намереваясь казнить их как изменников, но воеводы и дворяне отстояли бояр и привели их в стан русских войск.

На другой день, 27 октября, сдались и поляки — глава гарнизона полковник Николай Струсь со своими воинами сдался казакам Трубецкого, а полковник Будило — отряду Пожарского. Пленники, попавшие к казакам, почти все были перебиты, те же, которые сдались Пожарскому, были отправлены в заточение в разные города. В Галиче пленные поляки были убиты, а в Нижнем Новгороде их едва смогла защитить от самосуда толпы мать Пожарского, княгиня Евфросинья Федоровна. Впоследствии поляки, сосланные в Нижний, вошли в состав местного гарнизона, женились на нижегородках и поселились особыми Папскими слободами. В отношении к поверженным врагам проявилось еще одно важное качество Пожарского — личная храбрость и воинский талант сочетались в его характере с рыцарским благородством и высоким понятием о чести. Он не мог допустить убийства и грабежа беззащитных пленников, несмотря на то, что они были повинны в многочисленных бедствиях государства и народа. Руководители ополчения проявили великодушие далеко не ко всем — Ф. Андронов и другие русские изменники, способствовавшие разграблению казны, были арестованы и дали ответ за свои преступления. Под пытками они выдали местонахождение тайников с драгоценностями из казны. Позднее Андронов пытался бежать, но был пойман и казнен.

Ополчение торжественно, с крестами и иконами, вступило в Кремль. Возглавляло процессию духовенство с троицким архимандритом Дионисием. Впереди несли Казанскую икону Божией Матери. Из Кремля навстречу освободителям вышли кремлевские «сидельцы» из духовенства во главе с архиепископом Арсением Елассонским. Они несли Владимирскую икону Божией Матери. Освобождение Москвы осознавалось как знак чудесного покровительства Божией Матери Русской земле. В этом участники боев за Москву видели залог грядущего возрождения государства.

Ужасная картина предстала взору русских людей — кремлевские церкви были осквернены и разграблены, образа рассечены, престолы выломаны; в чанах заготовлено человеческое мясо…

Нижегородское ополчение решило свою задачу. Москва была освобождена, власть оккупантов рухнула. На пути к достижению этой цели освободителям пришлось пройти через кровавые бои с поляками и вражду с союзниками-казаками. Раздоры сопровождали решающее сражение за столицу и первые мероприятия по наведению порядка в городе и стране. До тех пор пока не был решен главный вопрос — избрание царя, — ссоры между военачальниками и участниками московских сражений были неизбежны. Поэтому одной из самых важных задач руководители ополчения считали созыв Земского собора для решения судьбы государства.

ЗЕМСКИЙ СОБОР 1613 г.

Уже в ноябре 1612 г. руководители Второго ополчения разослали по городам грамотее призывом собираться на Земский собор «для царского обирания». Период ожидания выборных растянулся на долгое время, и, вероятнее всего, работа собора началась только в январе 1613 г. Посланцы прибыли от 50 городов, кроме того, в работе Собора участвовало высшее духовенство, бояре, участники «Совета всей земли», дворцовые чины, дьяки, представители дворянства и казачества. Среди выборных были и служилые люди «по прибору» — стрельцы, пушкари, посадские люди и даже черносошные крестьяне. Всего в работе собора приняли участие около 500 человек. Земский собор 1613 г. был наиболее многочисленным и представительным во всей соборной практике XVI—XVII вв.