Сначала отвести беду...

— Ничего. Зато с концовкой угадал. Бригадиры мои люди серьёзные, но оба увлекаются рыбалкой. И, заметь, именно рыбалкой, а не связанными с ней попутными удовольствиями. Выпивают совсем умеренно. Если не возражаешь, поедем впятером. Ещё одного мудрого человека возьмём. Он в цехе у нас, как старейшина на Кавказе, общим уважением пользуется. Сорок лет работает, а рука твёрдая, ум ясный. Мыслит точно, по-рабочему. Ты как?

— Разумеется. Согласен.

— Тогда прошу, в субботу в пять утра будь готов. Мы заедем за тобой. У меня старенький, но вполне надёжный "газик". Он даже шестерых с комфортом довезёт. А места, — на ребят положимся, они места рыбные знают…Сам-то ты, наверное рыбак, раз такое предложил?

— Да нет, Николай Васильевич, рыбу ловить умею, снаряжение есть…Но без азарта, по случаю выбираюсь…Но в заданное время буду готов. Спасибо, что позвонил.

Да, рыбалка удалась. И клёв был очень неплохой, и разговор у костра, где варилась уха, шёл спокойный и доверительный. Все собравшиеся были едины: при советской власти многое было не так. Но лучше, увы, не стало. Жизнь по всем составляющим пошла под уклон. К сожалению, большинство купилось на острую критику демократов, поверило им. Не заметили передёргивания, когда ошибки и даже преступления вполне конкретных лиц приписывались системе. Да и как было не верить, если критика из жизни шла, если многое и вправду было противно и видеть и слышать, если газеты и "ящик" взахлёб разоблачали то одно, то другое…Что делать, — поддались, вот теперь и…..не расхлебать. Но деваться некуда, — и к этому мнению пришли все, — не переломить положение в ближайшие пару-тройку лет, — произойдёт обвал. Погибнет и промышленность ("мы люди заводские, мы это падение каждый день шкурой ощущаем"), и за ней всё государство.

Матвей Егорович теперь был доволен. Он, конечно, слегка направлял разговор, но подталкивать заводчан к выводам нужды не было. В ходе разговора Коломиец сказал, что в ближайшее время в городе появится новая организация, по примеру уже существующей в Москве, которая ставит себе целью добиться изменения направленности политики, добиться избрания в руководство страны новых достойных и ответственных перед народом людей. На прямой вопрос старого рабочего — кого? — он не ответил, сказав лишь, что "втёмную" выбирать не будем.

Агитировать за вступление в эту организацию Коломиец посчитал преждевременным. Нужно дождаться, когда она о себе заявит, когда начнёт выходить своя

газета.

С рыбалки Матвей Егорович привёз не только приличный мешочек рыбы, не только уверенность, что со временем в его организацию придут серьёзные люди, но и достаточно фактов для первой статьи, над которой он с увлечением начал работать.

Главное же, — он ещё раз убедился, что народ — с ними.

Значит, их борьба имеет перспективу!

И ещё одна встреча показалась Коломийцу перспективной.

В следующий выходной он поехал на автобусе в райцентр Чусово, где жила его сестра с семьёй. С Тамарой он встречался не часто, но впереди маячил её день рождения и Матвей, сомневаясь, что сможет вырваться к сестре среди недели, поехал заранее — повидаться и вручить припасённый подарок.

Автобус неспешно пылил по второстепенной трассе, переваливаясь на нередких колдобинах и натужно ворча мотором, когда приходилось взлезать на частые подъёмы.

Коломиец прикрыл глаза, собираясь вздремнуть, когда до него донёсся довольно громкий разговор с заднего сиденья. Он скосил глаза в прыгавшее в стекле отражение задней скамьи в автобусе и увидел молодого, лет сорока, мужчину интеллигентного вида, оживлённо разговарившего с двумя пожилыми женщинами. Матвей Егорович, любивший иногда на досуге потренироваться в психоанализе, определил их как "представительниц сельской интеллигенции", может быть медиков или школьных работников.

— Всё- таки жить стало лучше — говорила одна из них. Даже в районных магазинах приличные товары появились. Да и пенсии наш президент опять добавил…

— Что говорить, спасибо ему за прибавку. Больше сотни, не то что в прошлый раз обидные копейки. Хотелось бы больше, конечно. Цены-то тоже на месте не стоят, растут окаянные, да, видать не получается, — вон нас, пенсионеров-то сколько, а работающих — раз-два, да и обчёлся. Не прокормить им нас….

— Пожалейте его, бедняжку, — вновь послышался мужской голос. — Вот, скажите, вы когда-нибудь задумывались, откуда деньги на пенсии берутся? Почему это их вдруг мало стало?

— А как же! Молодые, такие, как ты, от своей зарплаты в пенсионный фонд отчисляете, ну а нам, пожилым людям, государство раздаёт. Всё по честному. Мы работали, детей да своих стариков кормили…. Теперь ваша очередь.