Снайперы Сталинграда

Наверное, в погоню за снайперами выделили бы группу преследования, но Приходько и Астахов уже скатились в кустарник и, пригибаясь, убегали под прикрытия бугра. Да и батареи спешили убраться с этого места. Расплывающаяся пелена дыма выдавала позицию. Русские наверняка ее засекли. Теперь жди налета штурмовиков или ответного гаубичного огня с левого берега.

По уходящей колонне выпустила десятка три мин батарея из соседнего полка. Попали или нет, непонятно. С запозданием, после многочисленных согласований, дала наконец несколько залпов гаубичная батарея с левого берега. Осколочные снаряды, почти не оставляя воронок, свистели над пустым бугром. Свалили невесть как уцелевший телеграфный столб, вырвали кусок жестяной крыши из конторки, где сидели в засаде снайперы. Какой-никакой ответ дали!

Пожар, охвативший остров и прибрежные дома в Красной Слободе, был виден издалека.

— Повоевали, — мрачно плевался Приходько. — Сколько наших там погибло? Сто, двести, а может, и все пятьсот. Зато мы отличились: офицерика да трех солдат срезали. Молодцы!

Кирилл Астахов сопел, переживая за промах. Когда остановились свернуть цигарку, он решительно потребовал:

— Ты, Санька, доставай мне настоящую винтовку со снайперским прицелом. У тебя друзья кругом, найдут одну для меня.

— Найдут, Кирюха, — хлопнул приятеля по спине Саня.

Сегодня он округлил счет до тридцати фрицев, и один из них был офицер.

— Капитан, наверное, — машинально произнес вслух.

— Не меньше, — поддержал его Астахов.

Антон Глухов действовал без напарника. С ними ему не везло. Так как снайперов не хватало, Глухову сунули в помощники бойца, который хоть и был дисциплинирован, выбивал нормативы по стрельбе на «хорошо» и «отлично», но не имел никакого опыта.

Они сходили вместе на задание всего два раза. Из парня мог вполне получиться неплохой снайпер. Он даже успел открыть счет, уложив точным выстрелом неосторожно высунувшегося немца. Но спустя какой-то час, так же неосторожно делал перебежку и угодил под пулеметную очередь.

Второй напарник постоянно хитрил. Выбирал укрытия понадежнее, даже если из них ничего толком не было видно. Делал все, чтобы сохранить свою жизнь. При этом держался уверенно, рассуждал о снайперских приемах и даже с большой осторожностью сумел подстрелить вражеского наблюдателя.

Забравшись под бетонную плиту, он делал вид, что внимательно изучает вражеские позиции, а сам попросту отсиживался. Когда поблизости велся артиллерийский огонь, делал один-два выстрела, заглушаемые взрывами снарядов, и объявлял, что «кажется, еще одного уложил».

Несмотря на его изворотливость, Антон быстро разгадал хитрости напарника. Отчитал раз и другой, но, как говорится, «из дерьма пулю не слепишь». В напарнике поселился панический страх еще во время переправы через Волгу.

На его глазах затонул понтон с бойцами, получивший тяжелый снаряд в борт. При тусклом свете ракет было видно, как воронка на месте гибели судна, затягивала в темную зловещую яму десятки бойцов. Небольшой катер, пришедший на выручку, перевернулся от взрыва. Снаряды и мины добивали барахтающихся в холодной воде красноармейцев. Один за другим они исчезали среди кипящих взрывов.

И на берегу было не легче. Полоска, которую занимала его рота, была перепахана снарядами и минами вдоль и поперек. Когда прибывшие углубляли траншею, то вместе с землей выбрасывали разложившиеся куски человеческих тел. Прятаться здесь было негде, разве что зарываться в землю. Но и земля спасала далеко не всегда, когда непрерывно летят снаряды и мины.

В конце концов, Глухов едва не погиб из-за трусливого напарника. Рассчитывая на него, сержант не всегда оглядывался назад. Однажды, целясь в немецкого пулеметчика, устроившегося со своим МГ-34 в развалинах дома напротив, Антон даже не услышал, а скорее уловил чьи-то осторожные шаги.

Обернувшись, он увидел, как по избитой лестнице спускается немец в камуфляжной куртке. Глухова спасла мгновенная реакция. Немец в камуфляже (скорее всего разведчик) замер, наводя автомат на русского снайпера, но Антон успел выстрелить не целясь, навскидку. Тело разведчика осело на ступени, он пытался подняться, а сверху ударила автоматная очередь — стрелял второй немец. Пули прошли рядом с Глуховым, выбили кусок штукатурки, заполнив закуток известняковой завесой.

Небольшого роста, худой, но с крепкими витыми мышцами, работавший с детства на поле, Антон мгновенно отпрыгнул, досылая в казенник винтовки новый патрон. Немец, хоть и различил за пыльной завесой русского снайпера, но ударил длинной очередью с запозданием.

Пули шли веером. Трассирующие высвечивались мгновенными зелеными огоньками, разрывные выбивали крошево кирпича маленькими яркими взрывами. Автомат замолк — кончился магазин. Установилась напряженная тишина, слышались лишь стоны раненного в живот, лежавшего на лестнице головного разведчика.