Сновидица и тень (СИ)

На внутреннем дворе обгоревшей резиденции творилось что-то невообразимое. В фонтане стояло несколько винных бочек, скорее всего найденных эльфами в дворцовых подвалах. Разгоряченные лисы в большинстве своем уже прилично набравшиеся, растаскивали кто-куда рыдающих женщин в разорванных шелковых платьях всех оттенков. Еще двое сваливали в кучу тела стражников, в избытке валявшихся на подступах ко дворцу. Куча была уже довольно внушительной. Он насчитал без малого тридцать тел. Еще с десяток мужчин, судя по их виду, из дворцовой прислуги, были распяты на металлических прутьях ажурной ограды. Они были сильно избиты и изрезаны, у одного с лица была содрана кожа, а у некоторых вспороты животы. Двое других - мужчина и женщина, были привязаны отдельно. У обоих были отрезаны уши. Скорее всего, то были эльфы из домашней прислуги.

Миртан брезгливо поморщился. Ему хорошо были известны повадки лис, так что жестокость расправы его ничуть не удивила. Их ненависть к людям и презрение к сородичам-рабам была широко известна. Невдомек ему было то, как Сайена со своим обостренным чувством справедливости, могла уйти с мужчиной, которого даже эти мясники прозвали "кровавым"?!

Тем временем, те эльфы, которым хватило женщин, принялись за дело, а остальные вернулись к дегустации княжеского вина. А значит, можно было начинать действовать! Но не успел Миртан подобраться поближе, как из дверей чудом уцелевшей конюшни вышли еще трое. Двое тащили на веревке связанного человека в дорогой одежде. Один из остроухих - высокий, зеленоглазый, был ему не знаком и не входил в число его жертв. И, что немаловажно, был трезв как стекло! Судя по всему, то был командир. За собой он вел оседланную лошадь, а значит, вскоре собирался уезжать.

Миртан вздохнул и поудобнее устроился в закопченных кустах, прислушиваясь к разговору.

- Когда закончите здесь, трупы сжечь! - прохрипел зеленоглазый и сплюнул кровью, хмуро пощупав забинтованное горло. - Я отправляюсь в Галадоин, нужно успеть эвакуировать всех до наступления армии. Жду вас там, самое позднее через три дня. Поможете с отходом.

С этими словами эльф вскочил в седло. Красивая серая кобыла заплясала под ним и недовольно всхрапнула.

- Элтас, а что с этим? - спросил один из его подчиненных, дернув за веревку.

- А этого привяжите к фонтану у главного входа! - кровожадно усмехнулся зеленоглазый, сверкнув клыками, - Будет шикарный презент ко дню рождения Его Великокняжеской светлости! Он как раз успеет хорошенько протухнуть к тому времени.

Оба эльфа злорадно усмехнулись, махнули на прощание командиру и потащили связанного дворянина куда-то за догоравшее здание. Зеленоглазый проводил их взглядом, махнул на прощание остальным, подстегнул лошадь и крупной рысью скрылся за воротами.

Миртан осторожно встал, потянулся, вынул из теней черный серп и неспешно направился к ближайшей парочке остроухих, как раз поменявшихся изнасилованными женщинами. Всхлипы и стоны жертв заглушали его шаги, так что подойти к ним незаметно не составило труда.

Черное лезвие вспороло нежную кожу на шеях эльфов, словно масло. На полуобморочных женщин ручьем хлынула кровь и обе тут же закатили глаза и отключились. Стаскивать с несчастных дам трупы насильников он не стал. Придут в себя - освободятся сами. В конце концов, пострадала только их честь и душевная организация. А это не так страшно, как висеть на заборе с распоротым животом.

Следующие пять эльфов умерли, даже не заметив этого. Один спал в сене рядом со стреноженными лошадьми. Правда, пришлось оттащить трупы за ограду, чтобы не тревожить животных запахом крови. С остальными он расправлялся поодиночке, тенью скользя позади раскиданных по двору бочек, перевернутых телег и остатков хозяйственных построек.

Сначала умерли насильники. Опасаться воплей их жертв тоже не пришлось - двое девиц были в отключке, а еще одна - мертва. От вида ее растерзанного тела Миртана передернуло. И только осмотрев ее мучителя, он понял, что повергло эльфа в такую ярость. Весь пах насильника был покрыт укусами, причём некоторые из них кровоточили. Девица не сдавалась до последнего, за что и поплатилась. Он уважительно закрыл широко раскрытые глаза девушки и прикрыл ее валявшейся неподалеку попоной.

Ему всегда импонировали женщины с характером. Возможно, именно поэтому ему так нравилась острая на язык Сайена.

Воспоминание о девушке вызвало непроизвольную улыбку. Однако, она сразу померкла, стоило ему вспомнить о том, что она совсем недавно едва не погибла. А что, если это произошло при схожих обстоятельствах?! Стоило представить ее на месте этой девушки, и душу сразу же заполнила ледяная ярость!