Сны света. Глубинная дневная практика осознанных сновидений

Области сознания, которые вы взламываете, являются крайне засекреченными и тайными, поскольку эго не хочет, чтобы вы знали правду – то, что на самом деле происходит за сценой или по ту сторону простых видимостей. Эго – архетип неведения – хочет, чтобы вы оставались во тьме и глубоко спали, окутанные миром форм. В этой книге мы попытаемся раскрыть, отпустить и «рассекретить» форму, тем самым разоблачая и рассекречивая тайны эго. Мы перейдём из мира овеществлённой формы в мир иллюзорной (невещественной) формы и покажем, почему этот переход так важен.

Итак, с этими дневными и ночными практиками вы увидите то, что удерживало вас во тьме, а значит, в духовном сне днём и ночью. Для пробуждённых существ, развивших такую непрерывную осознанность, нет настоящего различия между бодрствованием, сном, сновидениями и даже смертью. Христианский теолог Барбара Браун Тейлор пишет:

Когда солнце заходит и более медленные, тихие и осязаемые ритмы ночи открывают двери, закрытые в течение дня, приходит очередь других событий. Без сомнения, за этими дверями скрываются пугающие вещи, но за ними есть и много чудесного. В конце концов с некоторой практикой мы узнаем, что все эти двери ведут в одну и ту же комнату… Для Бога темнота не темна, а ночь светла, как день[3].

Правильное воззрение

Буддизм подчёркивает важность правильного воззрения – первого фактора Восьмеричного благородного пути[4]. Тот факт, что воззрение – это первый из восьми факторов, указывает на его важность. Без правильного воззрения сложно понять, куда мы идём, не говоря уже о том, как туда добраться. В традиционном контексте правильным воззрением называется философия, система взглядов или школа мысли – например, когда мы спрашиваем: «Каково ваше воззрение в этом отношении?». Однако правильное воззрение также имеет более прямой, более буквальный смысл (феноменологический, а не фигуральный). Здесь воззрением называется непосредственное изменение того, как вы видите явления. В своём путешествии мы задействуем оба типа воззрения: сначала мы выстроим философское воззрение (воззрение пустотности), а оно в конце концов изменит ваше видение[5]

.

Для того, кто реализовал эти мудрые практики, формы по-прежнему проявляются, однако теперь они воспринимаются в свете осознанности. То, каково это восприятие на самом деле и как видят явления просветлённые существа, – тема, к которой мы будем возвращаться на протяжении всей книги.

Распространённый миф гласит, что гений – это тот, кто «всё знает», человек с огромными резервуарами знаний. Хотя некоторые гении действительно обладают такой способностью, настоящий гений – это, скорее, тот, кто «всё видит», тот, кто может посмотреть на то же, что видят все остальные, но увидеть это уникальным образом. Пикассо и Эйнштейн, безусловно, принадлежали к этому племени. Духовные гении, которыми мы стремимся стать, видят всё. Однако в каком-то смысле они видят не больше, чем лежит на виду, – они видят меньше. Они видят, что всё менее плотно, менее материально,

менее реально.

Есть ли что-то более трансформационное, чем изменение нашего видения вещей? Даже на повседневном уровне, употребляя меняющие сознание вещества, мы делаем это для того, чтобы изменить своё видение. На более возвышенном уровне освобождение в духовном смысле означает освобождение от предметов, от мира форм. Однако это не означает, что мы избавляемся от форм и улетаем в какие-то бестелесные небеса. Это означает, что мы освобождаемся от своих текущих отношений с формами.

Правильное воззрение означает полное воззрение – воззрение, включающее все состояния ума. Постижение, рождающееся из этого полного воззрения, прекрасно выразил индийский мастер Рамана Махарши:

Мудрец видит сон, но знает, что это сон, так же, как знает, что состояние бодрствования – это сон. Утвердившись в состоянии высшей реальности, мудрец беспристрастно свидетельствует остальные три состояния – бодрствование, сновидение и сон без сновидений – как наложенные на него картинки. Для мудреца все три состояния одинаково нереальны. Большинство людей не способны понять этого, поскольку для них стандартом реальности является состояние бодрствования, тогда как для мудреца стандарт – это сама реальность[6].

Ночные медитации и практика иллюзорной формы утверждают вас в состоянии высшей реальности, того, что в буддизме называется пустотностью, где вы можете беспристрастно, но сострадательно свидетельствовать все проявленные состояния или все формы, не соблазняясь этими формами.

Простота практики иллюзорной формы

Современный ум сложен, и на следующих страницах также предостаточно сложного материала. Однако практика иллюзорной формы проста. Вообще-то она настолько проста, что сложному уму может быть непросто в неё поверить. Весь представленный далее сложный материал направлен на то, чтобы удовлетворить современный ум и в конце концов склонить его к покорности. Всегда помните, что сама реальность проста. Сложны лишь заблуждения.